Борьба двух

Вскоре она узнала всё о незнакомце. Им был Цезарь из рода Вельнов.

В ходе вечера девушка смогла найти взгляд юного Вельна. Он лицезрел первую красавицу Альбены. Лицо Элизы выделялось гармоничными и благородными чертами: они были не остры и не округлены, нос был не велик и не мал, её розовые пухловатые губы служили украшением манящей и чарующей улыбки. Столь редкие в Альбене каштановые волосы подчеркивали исключительность Элизы среди других девушек. Но её больше янтарные глаза выражали скуку и отстранённость от происходящего, как показалось Цезарю.

Юный Вельн подошёл к Элизе и поклонился, она ответила ему реверансом. Затем завязался разговор, который закончился лишь утром, когда отец Цезаря – Арон закончил свои дела с Эндоном и собирался домой. С тех пор юный Вельн стал тайно посещать дочь Эндона, потому что на вечерах Элиза дарила ему лишь мимолётные разговоры. Сын Арона вызывал у неё лишь симпатию, был средством от скуки и не имел права на большее.

С юношеской ловкостью преодолев ограждения, Цезарь протоптанной дорожкой пробирался к месту свидания через сад, где росли самые диковинные растения: от южных эльпов, чей запах обожала императрица, до северных драгтов, которые были нанесены на герб императорского дома. Вскоре юноша добрался до традиционного места встреч. Там, среди голубых цветов, в белоснежной пижаме сидела и скучала Элиза.

Увидев Цезаря, она лениво потянула к нему свою руку, которую он тут же поцеловал.

– Элиза, я пришел сказать тебе, что так больше нельзя, я не могу терпеть то, что ты обращаешься со мной то как с другом, то как с возлюбленным.

– Ты меня оскорбляешь подобными словами! – хоть их разговор только начался, но она уже была раздражена и оскорблена.

– А ты оскорбляешь мои чувства подобной неопределенностью!

– То есть ты пришел отчитывать меня?! Как ты смеешь!? Ты не забыл, что мой род близок к Наместнику, а твой подчиняется напрямую моему отцу?

– Я пришел, дабы ты дала ответ и определила, кто я для тебя – друг или нечто большее…

– После подобных слов, а точнее оскорблений, ты мне никто! Проваливай! – говорила она уже со злостью, ведь её гордость была задета.

Цезарь удивился, он не был готов к тому, что Элиза могла так легко его прогнать, однако подчинился и ушёл.

Девушка осталась одна в саду.