Козерог и Шурочка

– Это случайно не про тебя сказка, – пошутил Фёдор, глядя в её озорные глаза, – Варвара краса – длинная коса?

– Может и про меня, – с лёгким кокетством ответила Варя.

Они сели на скамейку под черёмухой.

Слышно было, как на выгоне продолжала дурачиться молодёжь. Потом там принесли проигрыватель, поставили пластинку, и несравненный голос Анны Герман душевно запел: «… я платье сшила белое, когда цвели сады, когда однажды вечером в любви признался ты… ».

Фёдор притянул Варю к себе, поцеловал в податливо мягкие тёплые губы.

Девушка смущённо отвернулась. Влюблённые сидели молча, с трепетом в душе переживая первое робкое проявление нежных чувств.

Молодёжь с выгона давно уже разбрелась по домам, укатил в неизвестном направлении и Женёк с местной фифой.

На рассвете потянуло прохладой.

– Пойду я, – тихо произнесла Варя, зябко поёжилась.

У её дома Фёдор хотел было снова поцеловать девушку, но она ловко увернулась и, взбежав на порог веранды, юркнула в дверь.

– Сегодня вечером приду! – громко крикнул он.

 – Жди!

Глядя на колышущиеся за окном занавески, Фёдор догадался, что Варя спать не ушла, а подглядывала за ним сквозь узкую щёлку между ними. Он дурашливо вскинул руку к козырьку, и строевым шагом прошёл мимо веранды. Душа пела.

На лугу Фёдор сорвал ромашку и, словно наивная девчонка, стал гадать на любовь, отрывая по лепестку: « Любит, не любит, к сердцу прижмёт, к чёрту пошлёт…». Но доподлинно выявить истинное отношение Вари к себе не успел: неожиданно из берёзовой рощи навстречу вышли трое незнакомых парней с кольями в руках.

Впереди вышагивал рослый малый с копной рыжих волос, с рябым лицом, густо усеянным веснушками.

– Слышь ты, чмо залётное, чё мою девку клеил? – Рыжий грубо выругался, презрительно ощерив жёлтые прокуренные зубы, и сразу же кровожадно пообещал: – За это мы щас тебя убивать будем. А трупяк в овраге закапаем.

Догадываясь, что его специально поджидали и снисхождения от ревнивого ухажёра ждать не стоит, Фёдор деловито расстегнул солдатский ремень, умело намотал на правую руку.

Металлическая бляха выгнутая и залитая изнутри свинцом представляла собой грозное оружие.

– Не советую, – бесстрашно произнёс Фёдор, настороженно ловя взглядом каждое их движение. – Варя всё равно будет моей… женой!

В сентябре этого года, когда стояли тёплые погожие дни бабьего лета, старики Курдюмовы справляли золотую свадьбу. На юбилей съехалось всё их многочисленное семейство.