Право жить

В столичном аэропорту нас встретил Боксёр и его новый водила. Гвоздь к тому времени уже полгода как женился и отошёл от дел. И виной тому была вовсе не женщина. Радикально повлиял на Гвоздя случай с подлым подрывом машины Николаича. Самого Боксёра спасло только то, что киллер не знал о его привычке сидеть исключительно на заднем сидении. Как следствие, новым шофёром босса стал его дальний родственник, что подался из провинции в Питер в поисках достойного заработка.

Мой менеджер, мгновенно оценив достоинства Элен, галантно ей представился, после чего практически без перехода обрушил на меня весь воз последних новостей.

– Железо поменял тебе соперника, прежний, якобы приболел. Что будем делать, Саня. Отказаться от боя у нас есть полное право, к тому же, по моим сведениям, твой новый противник на полный пуд тяжелей тебя и силищей обладает просто дикой: и возьми на заметку, за ним числятся уже два жмура, а ещё говорят, он практически не чувствует боли.

Не желая при любом раскладе терять своё лицо, тем более в глазах любимой женщины, я с наигранной суровостью выдал знакомую всем с детства фразу:

– Мы принимаем бой.

Под сегодняшние поединки был предоставлен огромный спортивный зал с отличной вентиляцией и освещением. Жаждущих острых ощущений публики в нем собралось ровно под завязку. Наш бой, вероятно, был задуман как гвоздь программы и поэтому оставлен организаторами на десерт.

Противник мой, по прозвищу Секач, был необычайно широк в кости и обладал феноменально развитой и в то же время какой-то грубой мускулатурой.

Валун образная голова сего монстра была почти вдвое больше моей и держалась поистине на бычьей шее. Впервые за время моего знакомства с Николаичем, тот смотрел на меня, как на потенциального покойника, и понимая, что отступать уже поздно, повторял раз за разом:

– Держи этого мамонта на дистанции, работай в основном прямыми ударами.

Стараясь придерживаться совместно выработанной тактике, нисколько не форсируя события, я сразу после удара гонга стал легко маневрировать по рингу, без труда уходя от прямолинейных, как у разъярённого носорога, атак противника.

В свою очередь тот, плотно прижимая подбородок к груди, и прикрыв голову огромными ручищами, явно поставил себе задачу – лишить меня пространства передвижения, и загнать в угол, где мог реализовать по полной программе свою чудовищную силу и вес.