Хрустальный ключик. Повести, рассказы, сказки

– Спасибо тебе, Лешак! И тебе, ивушка, – поклонилась им девчоночка. А у самой глаза синие-синие, как лазурь небесная, полуденная.

– Откуда ты прозвание моё знаешь? – удивился парень.

– Так дед сказывал, ждать тебя здесь велел. Да ведьма меня в грязь толкнула, чуть не сгубила.

– А как звать-то тебя, дивчинка?

– Лазуркой меня кличут. Внучкой Неба Лазоревого.

– Так ты и есть…

– Знаю, за чем идёшь ты. Сильная эта ведьма, просто не одолеть. Но есть у неё место слабое. Боится она отражения своего и цвета синего.

Зеркальце я тебе дам, своё, заговорённое. Как будет ведьма-то с тобой браниться, ты ей скажи, что мол подарок-дань тебе принёс, Владычица каменная. Да и покажи ей зеркало. Замрёт она, и вот тут и надо её в камень обернуть, да так чтоб на века её спрятать.

– Да как же в камень-то её обратить? Ведь не колдун, не ведьмак я…

– Есть здесь в горах камень чудесный. Синий, как лазурь небесная. Говорят, когда-то давным-давно, когда и земли ещё не было, глянуло Вечное Синее Небо в воды морские, и превратилось его отражение в лазоревый камень.

Возьмёшь этот камень волшебный, да и кинешь в ведьму со словами: «Камень чудный, камень лазоревый, от неба рождённый, да в земле спрятанный. Защити нас от ведьмы каменной, чтоб всегда сияло нам Небо синее, Лазурь вечная». Она и превратится обратно в каменную бабу.

Принял Нил от девчоночки зеркальце заговорённое, да пошёл лазоревый камень искать. День ходит, два… Зашёл в долину глухую, мрачную. Да видит: сидит посередь долины зверь – не зверь, птица – не птица.

Чудо-юдо диковинное. О трёх рогах, да четырёх ногах, двух хвостах, да семи клыках. Ревёт страшно, погубить хочет.

Схватился Нил за «пальму»[2 - «Пальма» – древковое оружие в виде длинного тяжёлого ножа, закреплённого на древке. Русский аналог японской «нагинаты». Используется охотниками вместо рогатины и в качестве секиры для обрубания ветвей на тропе.]-то, да видит: жалостливо чудо-юдо небывалое на него смотрит, как дитя малое, обиженное.

Как будто помощи просит…

Оставил Нил «пальму» в сторонке, подошёл к чуду—юду невиданному, да и видит: прикован зверь диковинный цепями к скале, как собака на привязи. Тоскливо ему видать. Жалко стало Лешаку зверя, достал он инструменты, да и разбил цепь хитрую.

Отряхнулось чудо-юдо невиданное, поклонилось Нилу, да и говорит: «Доброе сердце у тебя, человечище. Хранитель я гор каменных, руд богатых, камней самоцветных. Всё дам, что захочешь».