Завоевание Рая

Гоха сказал:

– Сейчас… значит это… зарядка! Выстраивайтесь в колонну по двое и бежите по тропинке вокруг полигона. Я буду смотреть за вами из своего командирского домика. Кто остановится, тот сразу пенделя получит! Во-о-о-от… Ну давайте. Бегом марш!

Мои ноги вспомнили о вчерашней дороге. Я еле отрывал их от земли, и каждый шаг отзывался неимоверной болью в коленях.

Наконец, спустя пол часа бега, Гоха крикнул:

– Всё, закругляемся! Без построения в составе групп двигайтесь к столовой.

– Кажется, вчера кто-то напился… Нам же лучше.

 – сказал Бахрам, обращаясь ко мне. – Кстати, как там Макар?

– Медсестра сказала, что положат в госпиталь. – ответил я, глядя на землю.

Бахрам опустил голову и еле слышно произнёс:

– Бедняга… Надеюсь, он сможет воплотить свою мечту в жизнь.

Тем же днём я заступил в наряд с Артёмом. Мы были обязаны нести службу на КПП.

Двоих ребят мы сменили ближе к ночи. Наш объект был до ужаса прост: небольшая деревянная кабинка, внутри которой перекладина, чтобы сидеть.

На узких досках висели распечатанные листы устава. Кроме того, повсюду на дереве были нацарапаны надписи. Каждый здесь оставил что-то своё: кто-то похабную шутку, кто-то страх будущего, кто-то ностальгию по временам детства.

Рядом с нашим постом сияло озеро, в котором отражался блеклый свет луны. У его подножия жабы исполняли баллады, то и дело экспериментируя с созвучиями. Артём был хмур и подавлен. Впрочем, такое настроение нынче часто встречалось у курсантов.

Наступила полночь.

Мой товарищ сидел в деревянной будке, то и дело прикрывая глаза от усталости. Я же стоял у шлагбаума, пытаясь всмотреться в сумеречную даль.

После часа молчания я решил, что разговор поможет не уснуть:

– Как ты? Тебе тогда сильно досталось.

Артём помолчал, пытаясь полусонной головой осмыслить вопрос:

– Всё нормально. Это не имеет значения.

– Как же? Я без подколов говорю. Просто всё это действительно скверно. Ты не расскажешь родителям?

– Я уже не уверен, что это поможет.

Родители сюда меня и отправили, что я «повзрослел». – недовольно произнёс Артём, выделяя последнее слово.

– Но это ведь бесчеловечно. Не такими методами должно всё решаться.

– Мне это тоже не нравится, но что с того? У меня никогда не было выбора. С самого детства я сидел в золотой клетке, во всём потакая отцу. «Ты должен учиться, сын! Ты должен общаться с теми, с кем я тебе говорю, сын! Ты должен вести себя по правилам в богатом обществе, сын!».