Дневник Зоны

Сталкер поднял валяющуюся на земле под ногами ржавую гайку, и, хорошенько размахнувшись, бросил внутрь тоннеля. Раздался жуткий треск и в тот же миг по поверхности земли пробежали ярко-синие молнии, которые истаяли, не доходя нескольких шагов до Медведя, а вместо брошенной гайки на асфальт упала расплавленная капля металла. И опять всё затихло. «Вот это нифига себе! Боже, не хочется даже думать, что было бы со мной, окажись я на месте гайки».

Обалдевший сталкер поднял ещё одну гайку и кинул чуть левее предыдущей – гайка упала свободно, ничего не произошло.

Медведь осторожно подошёл к месту падения кусочка железа и, подняв с земли очередной кусочек металла, бросил ещё раз. Таким образом, он, отмечая чистый путь, шёл шаг за шагом, и, наконец, вышел с другой стороны насыпи.

– Спасибо, тебе, – сказал Медведь гайке. – И тебе спасибо, Зона.

Не много передохнув, сталкер двинулся дальше, выходя обратно на шоссе по широкой дуге, обходя пост солдат, так нагло перегородивших его, и без того не простой, путь.

Примерно около полудня путник увидел сравнительное небольшое сооружение из бетонных плит, которое было огорожено забором из всё тех же плит. На территории стояла вышка, высотой в два этажа, а перед воротами стоял старый брошенный, и казалось уже вросший в землю, БТР.

– Странное место, – только и вырвалось у Медведя. – Но что бы там, ни было – мне туда.

Сталкер снял с плеча МР–5 и перевел регулятор режима огня из положения «Semi» в режим «Auto», чтобы чувствовать себя хоть чуточку уверенней и спокойней, и осторожными шагами вошёл через проём в заборе, перегороженный бессмысленным шлагбаумом из пластика.

Вокруг не было ни души, и даже следов пребывания человека не было: ни пустых консервных банок, ни следов от костра, даже трава не примята. Медведь осторожно подошёл к зданию и заглянул внутрь: та же, трижды клятая картина.

Вдруг за спиной раздался шорох. Сталкер резко обернулся и выпустил короткую очередь.

Но пули прошили пустоту и обиженно врезались в бетонный забор, выбивая мелкую бетонную крошку. В тот же миг от резкого удара по затылку, у Медведя потемнело в глазах, оружие выпало из рук, ноги подкосились, и сталкер рухнул на грязный пол, усыпанный битым стеклом и камешками. Сознание милосердно его покинуло.

Когда же бродяга разомкнул свои тяжёлые веки, то увидел, что лежит на старой ржавой панцирной кровати.