Узник Гримуара

– Стой! Стой, мы можем договориться! – его крик с истеричными нотками заставил меня поморщиться. Прямо не сектант, а баньши.

Отвечать ему не стал, только двинулся на него, пытаясь обойти то слева, то справа.

Тот видимо понял, что его будут сейчас резать и стал отступать, размахивая своим кинжалом, словно пытаясь отогнать муху. Бегающие глаза выдавали его панику. Он явно пытался что-то придумать и… боялся. Такие как я это прекрасно чувствуют. А мне было не страшно. Я предвкушал. Предвкушал как убью его.

Предвкушал уловить момент, когда тот поймет безысходность своего сопротивления. Осознает, что его ждет единственный конец – смерть. И тогда его руки опустятся, и он будет умолять меня сохранить его дерьмовую жизнь. И как к нему придет осознание, что он станет жертвой вместо меня. Я почувствовал, как мой оскал превратился в жестокую улыбку. О да, я хотел, чтобы он страдал! Страшно страдал. Жаль, тут нет паяльника и плоскогубцев, я бы ему показал, что такое боль.

Рывок вперед и влево, удар по его же руке с ножом, которой он так активно махал.

Нож попал ему куда-то по запястью. На мгновение мне показалось, что словно часть его полупрозрачного тела прошла по моему кинжалу и вошла в меня. Стоило этой некой энергии попасть в меня, как я ощутил прилив сил. Сектант снова пошел волнами и потерял стабильность. Но раздумывать было особо некогда.

Воспользовавшись заминкой сектанта, я шагнул еще левее, практически оказываясь сбоку от него, и резко ударил снизу вверх. В беззащитный блк.

Того аж выгнуло от боли, а я продолжил действовать. Провернул клинок внутри полупрозрачного тела и потянул вниз. И в этот раз точно видел, как по клинку в меня вливается часть полупрозрачного тела. Я ощутил сильный прилив сил, на секунду даже показалось, что я могу оторвать ему голову голыми руками. А мой враг на некоторое время полностью потерял стабильность, превратился в некое аморфное полупрозрачное образование. Которое к тому же стало мигать. Смотрелось это весьма жутко, и я даже с некоторым облегчением отшагнул от него назад, снова разрывая дистанцию. Перед лицом мелькнуло что-то непонятное, похожее на что-то между рукой и щупальцем, в котором был клинок. Этот самый клинок, чуть не распорол мне лицо на две половинки, промелькнув буквально перед глазами.

Снова мы стоим друг перед другом. Он стабилизировался через пару секунд, во время которых я даже не думал подходить к этому «нечто». Все это время щупальце извивалось предо мной.