Узник Гримуара

– Где я? – попытался задать вопрос в пустоту, но не услышал своего голоса. Меня окружала непривычная тишина. Абсолютная, пугающая, пожирающая изнутри пустота. Что вообще происходит, что за дерьмовый день?! Абсурд и сюр в одном флаконе. И тут меня пробрало на смех. И лишь начав смеяться, я понял одну простую вещь – я все это время не дышал. «Так, где я? Что я?» – ответов не было.

Сейчас бы начать плакать и рвать на себе волосы, но выдавить сильные эмоции совсем не получалось. Я вообще-то привык встречать все дерьмо с кривой ухмылкой, когда на нее хватало сил, в первую очередь моральных.

А то жизнь, бывает, подкидывает такое дерьмо, что, окунувшись, на выходе получаем лишь оскал.

«Возьмем за базис, что меня вальнули. Потом я стал призраком. И уже дохлым, второй раз вальнул сектанта. Звучит как бред. Некий голос говорил о сохранении мне жизни. Бог? Дьявол? Похоже на второе. И вот я победил. И что? Я вернулся обратно в тело? Или я призрак и Дьявол посмеялся надо мной, дал мне жизнь в ничто? А как это еще назвать? Чистилищем? Это место ни на рай, ни на ад не похоже.

Хотя, возможно, за ад может сойти, но с натяжкой. Но ведь не настолько я грешен был, а? Ведь и добро творил. Твою ж дивизию, что за хрень мне лезет в голову?!”

Успокоиться получилось только через… А хер его знает, через сколько. Считать время было весьма затруднительно. Внутренние часы решили послать меня в далекое пешее эротическое путешествие.

“Ладно, пусть будет час или два, или… Да без разницы! Я в полной и беспросветной ж…”.

На губах появился оскал: “Ну нет, так легко я не сдамся!”. Я попытался напрячься и пошевелить руками. И что-то стал чувствовать. Ощущение было словно отлежал руку. Только я видимо каким-то образом отлежал все тело…

“Не парализован” – промелькнула мысль и стало спокойнее. Всегда боялся остаться инвалидом. Смерть, хрен с ней, а вот стать овощем и инвалидом было моим страшнейшим кошмаром. Я, как поклонник силы, просто боялся стать «растением», уж лучше сдохнуть. Еще меня угнетало бессилие, оно единственное могло вогнать меня сначала в депрессию, а потом в агрессию.

Как хищника, что загнали в угол.

Убедившись, что руки меня слушаются, я стал массировать виски. Эта старая привычка всегда помогала мне спокойнее обдумать ситуацию. "Жаль сигареты нет", – промелькнула мысль.

“Так, давай по новой, Альфа. Я был на жертвенном столе. Или камне? Да вообще похер! На жертвенной хрени! Так? Так. Меня пырнули… Эм-м-м… Пусть будет пару раз. Я пырнул в ответ.