Вавилон и Башня

– Через блатных дурь[7 - Через блатных дурь узнал – подразумеваются наркотические средства, которые имели хождение в местах лишения свободы среди блатных – осужденных, входящих в криминальный мир.] узнал, – произнесла бабушка.

Вениамин не понял, что она имеет в виду. Потом увидел сгорбленного деда, лежащего в зелено-желтой лужице блевотины, и сообразил: «Вот она, дурь-то блатная!» Тогда он даже не представлял, насколько точна его догадка.

Когда дед «загулял» и опять попал в тюрьму, Вениамин очень обрадовался.

«Веник тупой!» – констатировала бабушка, сильно ударив скалкой внука, когда тот признался, что рад дедову заточению. Он по-своему понимал слово «тюрьма», думая, что таким образом дед «пошел на заработки», как это часто делал отец, пропадая на неопределенный срок. Потом Андрей, которого все звали Дроном, со второго порядка, по-городскому – улицы, парень старше Вениамина на два года, рассказал ему, что такое тюрьма на самом деле.

Отец Дрона – давнишний алкоголик – не был способен даже на то, чтобы попасть в тюрьму.

Но брат Дрона сидел. Случилось это с ним сразу после армии. Правда, не совсем так, как со всеми остальными в деревне. Он попал в «Кресты»[8 - «Кресты» – следственный изолятор в Ленинграде (ныне Санкт-Петербурге).]. Насколько смог объяснить Дрон, попасть в «Кресты» – очень почетно.

– Это что-то среднее между «поехать в город» и «попасть в завхозы», – говорил он, выпячивая нижнюю губу от гордости за старшего.

«Видно, и правда так», – решил Вениамин.

Как раз когда брат Дрона попал в «элитную» тюрьму, ненадолго вернулся дед. Вернулся… и страшно разозлился, что Юрка отбывает в «Крестах». Потом успокоился, процедив свое привычное: «Щенок, посидел бы с мое…»

После объяснений Дрона про тюрьму Вениамин твердо решил, что сидеть никогда и ни за что не будет. Тогда они с Дроном закапывали свой «клад», в дальней «землянке». Дрон на тюрьме не остановился и объяснил младшему товарищу про залупу, вытащив свои «причиндалы», раскрыв пиписку и проведя своей «краснюткой» у Вениамина под носом.

Вениамин ничего не почувствовал, чего обещал Дрон, кроме сильного запаха мочи. Видно, старший товарищ давно не мылся, «краснютка» пахла сильно и неприятно.

Этот запах, «краснютка» Дрона, объяснение про тюрьму, воспоминание про деда, который ворочал красными выпученными глазами, лежа в зеленой блевотине, превратились у Вениамина в один собирательный образ тюрьмы, нехороший образ.