Вавилон и Башня

Впрочем, это были одни и те же люди, что полностью обесценивало их, так сказать, хаки. Э-кхе… – самодовольно кашлянул профессор. – Извините, так сказать, за каламбур.

Мукнаилу стало скучно на лекции. Нажав на образ Асофы, он увидел ее открытые образы за два выходных дня. И там… было столько всего, что ему и за месяц такое количество набрать не удалось бы! Да еще все разные, умело и тщательно сконструированные. Любовь, приключения, интрига, близость, дружба, ирония, расслабление, любопытство и даже опасность.

Мукнаил нажал на образ опасности, почему-то именно он заинтересовал больше остальных. Но этот образ был закрыт. Попросить Асофу предоставить доступ выглядело слишком навязчивым. Ладно, ему тоже было что показать девушке. Так вот нет же! Какие образы он получил за последние дни? Только расслабления. Еще интереса, любознательности и маленький, очень слабенький образ игры. Да и то, если Асофа посмотрит этот образ, что она там увидит? По сравнению с ее коллекцией просто пустяк.

Однако Асофа заметила, что Мукнаил присматривается к ее образу опасности, и сама вдруг спросила:

– Что, опасности захотелось?

– Не знаю. Пока не узнаю, какая это опасность.

– И не узнаешь, – парировала девушка.

– Тогда ты не узнаешь, какой у меня есть образ для тебя.

– Уже знаю, – Асофа показала огромный оранжевый корабль, бороздивший большую акваторию и потом неожиданно лопнувший.

Судно превратилось в мелкие красные точки, а каждая точка в воздушный шарик. Шариков стало так много, что они окружили Мукнаила.

– Как?! – он не понял, откуда у Асофы один из сконструированных им образов, но потом увидел, что сам не закрыл его.

– Ладно, – сжалилась Асофа, передавая ему свой образ опасности.

Какой это был образ! Полный настоящего конструирования и такой реалистичный. Мукнаил увидел перед собой большую ржавую балку, потрескавшуюся от времени.

Она соединяла два здания. Судя по всему, Асофа по-настоящему стояла на краю балки, смотрела вниз и только потом сконструировала из этого образ. Передать все «краски» опасности удалось очень хорошо. Внизу ничего не видно, лишь мутное пространство мелких капелек. И все равно! Так опасно! Асофа стояла там! Стояла по-настоящему! Это поразило Мукнаила. Он сам испытал все последствия опасности, едва посмотрев образ.