Рожденный в космосе. Книга третья. Второе пробуждение

Переборов страх, я вышел на освещенное пространство и заглянул внутрь, откуда исходил свет. Никого… лишь зеркало напротив двери приковало мой взгляд. Из-за того, что оно запотело, своё отражение никак не удавалось разглядеть. Подойдя вплотную, я протянул руку и резко провёл по стеклу, оставляя чистую поверхность после ладони. В этот миг свет погас, а я увидел Его. Темноволосого шестнадцатилетнего юношу в черном защитном комбинезоне. Мой взгляд приковали его глаза – яркие, кроваво-красные. Белка не было – его место заняла сама Тьма.

Они пугали и завораживали. Взирали из Тьмы – с большой буквы. Его лицо приблизилось. Ванная исчезла – теперь я стоял напротив ростового зеркала в огромном белоснежном помещении, стены которого были украшены золотом. Красные глаза юноши проникали в самую глубину моего естества и оставляли свой отпечаток, выжигали, как раскаленное клеймо на коже. Словно раскаленным прутом, эти глаза прижгли мою душу.

«Больно, но необходимо!» – пронеслась слабая мысль где-то там, далеко-далеко, чтобы как-то объяснить это.

В следующее мгновение юноша произнес вибрирующим демоническим голосом:

– ПОМНИ!..

Звуки его голоса резонировали и заставляли дрожать саму реальность, в которой я оказался. Больше не было никакой ванной комнаты или огромного помещения… вокруг была лишь Тьма. Всё моё естество задрожало от ужаса и одиночества. От запредельных детских страхов перед темнотой, когда в каждой тени мерещится чудовище.

В следующий миг я открыл глаза. По телу градом стекал пот.

Глава третья

За окном мирно чирикали птицы. Занимался рассвет.

Я сел на кровати, спустил ноги в тапки и поднялся. Направился в ванную – сон прочно засел в голове.

Знаете, когда вы встаете рано, при этом организм ещё как бы «спит», нередко случается «залипание». Сев на стул, вы можете пялиться в одну точку, а в голове будут вяло прокатываться мысли.

Я оперся на раковину и мрачно уставился в своё взъерошенное отражение. Сон всё ещё будил где-то внутри лёгкий оттенок страха… Этакую внутреннюю дрожь, которую нужно было развеять, доказав напуганному рассудку, что всё это сонный бред.

Мои когда-то ярко-карие глаза теперь были совсем тусклые. Даже сам карий еле различался. Сложно описать ту бурду, что из себя представлял теперь цвет моих глаз. Красного нигде не было. Да и не должно было – просто нужно было успокоить самого себя…

Быстро раздевшись, я полез в ванную, что находилась слева от раковины.