Рожденный в космосе. Книга третья. Второе пробуждение

Одно яркое, большое, сильное, испускающее вокруг очень много света, с каждым ударом запуская вокруг световые волны, словно круги по воде. Второе было просто синим, небольшим и стучащим слабее… и каждый синхронный удар сердец всё больше оттенял сияние и звуки малого, пока они не превратились в эхо вдали, а после и вовсе не исчезли. Сильное и крепкое сердце полностью поглотило меня.

Теперь я был внутри большого и яркого Сердца – с большой буквы. Своего сердца.

Не успел я осознать эту мысль, как секунда полёта заставила меня вздрогнуть, а в следующую секунду я открыл глаза.

«Потолок. Белый…» – кажется это входит в привычку.

Глава пятая

Легко выбравшись из капсулы, я размял шею и сделал пару маховых движений руками. Это было по-настоящему моё тело. Словно я прозрел спустя длительное время. Будто вынул из ушей затычки!

«И как я раньше жил?!» – возмутился я мысленно. Каждая мышца тела ощущалась, как что-то невероятно-приятное. Каждое сокращение мышц вызывало одно только наслаждение.

Обоняние позволило уловить запахи корабля, которые моим старым носом не ощущались. Глаза стали зорче и… словно графика улучшилась! Слух улавливал тихий шелест энергошин за стенками. И холод… больше не было никакого холода, не смотря на то, что я был голым.

Я повернул голову, бросив взгляд на пожилого мужчину в капсуле реаниматора.

«До чего же я был жалок… Бр-р-р…» – подойдя, я с трудом поднял весящего семьдесят килограммов индивида и поместил в криокапсулу, из который выбрался.

То, что это именно криокапсула, я уже не сомневался – благодаря рассказу Тамики, становилось понятно, что экипаж состоял из трех Разумных и моего тела, лежащего с ними в криогенезе. Капсул как раз четыре – всё сходится.

К моему удивлению, сердце у пожилого тела – хотя теперь, благодаря сеансу в реаниматоре, старое тело выглядело лет на сорок, не больше! – билось. Медленно, но билось. Значит оно живо.

– Как интересно… – пробормотал я по давней привычке, от которой отвык в старом теле.

«Вот и разница в менталитете между мной-старым и мной-новым. Я нынешний люблю говорить вслух, тогда как я-старый очень молчалив и подозрителен, предпочитая высказывать мысли в уме…»

Закрыв капсулу, я с удовольствием отметил, что внутри зажегся желтый свет, а индикаторы на привычном языке Содружества выдали: «Криогенез». И без всякой нейросети.