Скульптор жизни. Сборник. Том I – II

– Какой он? – вдруг спросила Екатерина Алексеевна.

Несмотря на задумчивость и хмурость, секретарь растерялся:

– Кто?

– Божесов! – со смехом ответила Екатерина.

– В смысле? – все еще не понимая спросил секретарь.

– Проще говоря, что вы о нем думаете? О его внешнем виде, поведении, манерах, уме?

– Это сложный вопрос, Екатерина А…

– Просто Катя.

– Сложный вопрос, Катя. С Михаилом Александровичем мы знакомы лет шесть, но работаю лично с ним лишь восемь месяцев. И должен сказать, что я поменял о нем мнение уже через два дня.

– И как же?

– Будучи мелким сотрудником прокуратуры, я, как и мои коллеги, ставили Михаила Александровича себе даже не в пример, а делали из него кумира! Он казался нам веселым, живым, успешным, независимым от чьего—то покровительства, даже отчаянным, ведь он иногда, как нам рассказывали, принимал участие во многих задержаниях и просто ночных рейдах полиции! А его слабость к женскому полу и успехи на этом поприще, тоже обрастали легендами в кругу молодых юристов и это делало Михаила Александровича просто всеобщим героем.

– Как—то это очень романтично звучит из ваших уст. Похоже, он и остался для вас героем?

– Ну, не совсем… После того, как я стал его секретарем, мнение изменилось. Я узнал много нового, при этом, старое было совершенно верно, но к нему добавились и другие качества… Я узнал, что он безумный эгоист, считает себя центром этого мира, что вокруг него должны вращаться все. Более того, то ли случайно, то ли действительно так, но вокруг него все вращается, все свои цели он достигает, лишь подумав о них! Это, разумеется, утрировано, но суть примерно такая… От этого себялюбия может сложиться впечатление, что он обходится без всех, но нет! Нет, Михаил Александрович любит общество, он живет для него, стремясь, как он сам иногда выражался, «взрастить людей подобных себе»! Михаил Александрович, действительно сложная личность, невозможно понять, что он сделает через минуту.

Может быть, засмеется от ваших слов, может быть, посочувствует вам, но никогда он не выкинет вас в окно или не бросится в него сам, если можно так сказать. В нем есть моральные, свои, но моральные, принципы.

– Вау, – протянула ошеломленная такой характеристикой Екатерина. – Признайтесь честно, вы готовились к этому?

– Да, когда—то я анализировал личность Михаила Александровича, ну вот и пригодилось…

– Браво! Браво, Юра! – послышался голос Божесова из селектора.