Черные ангелы

– За тобой следят? – догадался он.

– А то… – ответил я не без гордости.

– Интересно, кто? – спросил он, полный скептицизма.

– Черт его знает. Полиция – точно, и еще какие-то люди.

На самом деле я заметил лишь одного человека, который повел себя очень странно: при моем появлении во дворе он спрятался за кедр так поспешно, что вспугнул белку, которая обычно надоедала мне под окном своим цоканьем. Я не придал значения – мало ли кто шляется в нашем квартале, а приврал для красивого словца. Мало того, я проверился – свернул за угол и подождал – из арки вышел только маленький полковник, которого я, конечно же, не интересовал.

Леха снова покрутил носом, но теперь с явным осуждением, ведь если об этом сообщить главному, он ни за что не согласится на расследование подобной чуши.

– Ты пойдешь и скажешь ему, что объект, разбившийся в Севастополе, имеет отношение к инопланетянам. Может быть, это правда, а может, и нет. Не знаю. Скажешь, что я прохожу свидетелем убийства одного из них. Он поймет, что это сенсация.

А потом поможешь мне.

– А долг простишь? – лукаво спросил он.

– Прощу, – пообещал я, вздохнув.

Проглотив для профилактики от каких-то желудочных бацилл две рюмки водки с молоком, он ушел, а я подумал, что если субъект из мэрии врет или даже он вообще не из мэрии, то у меня будут большие неприятности. С минуту я рассуждал на эту тему, а потом плюнул – слишком мало информации, чтобы прийти к какому-то решению. Возможно, человек в черном просто маньяк или даже серийный убийца.

Ну и пусть, подумал я, тоже неплохо. Правда, не то, что я ожидал… но лучше так не рассуждать. Хотя что-то мне говорило, что я прав. А если это так, то я действительно напал на золотую жилу.

Я просидел в рюмочной часа два, выпил всю водку, заказал еще и начал уже беспокоиться. Отсюда до редакции два шага, а Леха не из тех, кто медленно ходит. Наконец в окне мелькнул его рыжий зонт, и он ввалился, радостный, как медный тазик.

– Ну?! – нетерпеливо спросил я.

Он загадочно улыбнулся, бросил на стол газету и сложил зонт, намеренно затягивая время.

При его выдержке быть ему разведчиком. Потом проверил в зеркале, висящим на стене, свою прическу, которая называлась, кажется, «Сосульки на морозе».

– Ты что в парикмахерской был?

– Да… – сказал он, подбоченясь.

– Леха, – сказал я назидательным тоном, – первое впечатление можно произвести только один раз.

– Ну и что, – легкомысленно возразил он, – все женщины для меня, как в первый раз.