Мелькадрики

Расставил нас по рабочим местам. Женщинам сказал хорошую капусту отделять от гнилой, а нам с Петькой Поросюком, моим приятелем, – собирать гниль и выбрасывать в кучу.

Воняло, я вам скажу, непередаваемо. Вот ведь загадка: растёт капуста без запаха, а как сорвут и отвезут на кагаты – вонь коромыслом. И склизкая какая-то становится.

Дали нам вилы собирать её – ничего не получилось: гнилые капустины нанизываются так, что никакими силами обратно их не сбросишь. Петька бармаки принёс, и дело пошло. Бармаки – это те же вилы, только с поперечинкой, чтобы капуста не нанизывалась.

Ну, сгребаем мы её и выносим, сгребаем и выносим.

Мы вообще с Петькой привычные были. Можно сказать, дня не проходило, чтоб не послали куда-нибудь. Отдел-то у нас был женский, а женщин сами знаете, куда посылали: в колхоз, на кагаты, на стройку кирпичи по цепочке передавать. В общем, на лёгкую работу. А тяжести тягать – это мы с Петькой.

Петька вообще-то в подвале работал, ротационные машины обслуживал. А я – наверху, в отделе, информатикой ведал.

Бывало, сядешь за стол, задумаешься, вроде вот уже почти осенило – и тут как раз зовут:

– Аркадий и Петя, помогите рулон бумаги перекатить.

Или:

– Аркадий и Петя, возьмите носилки в сарае и уберите кирпичи.

Петька говаривал:

– Эх, носить нам, не переносить.

Он был худющий, одно плечо выше другого, и почему-то небритый. А я – в белом халате ходил. Мы с ним были душа в душу. Бывало, сядем перекурить, Петька достанет «Приму» за 14 копеек, затянется, и мы не спеша так беседуем себе.

– Нам, – говорит, – что. Скажут сделать – сделаем. Скажут переделать – переделаем.

– Так-то оно так, – отвечаю. – Только вон прошлым летом на базе отдыха фундамент кувалдами разбивали. Обидно было.

– Да-а, – затянулся Петька, – сами сделали и сами разбили. Досадно.

– Хотя и хуже бывает. Вот Ваня с вычислительного центра подзалетел – ужас.

– А что? – Петька заинтересовался и закурил вторую.

– Да его в печку послали. Ну, на кирпичный завод.

Там кирпичи в печках обжигают. Начальник отдела говорит: «Сходи, Ваня, за три отгула». Ну, Ванька и пошёл. А на кирпичном, я тебе скажу, одни бабы работают. Мужики не выдерживают. Бабы, они выносливей мужиков.

– Точно, – кивнул Петька. – Мужики сильней, а бабы выносливей.

– Ну, вот. Пришёл он туда, спустился, а там такой предбанник перед печкой. Жарища – обалдеть. Сочи и Сухуми – северный полюс по сравнению с предбанником.

– Да ты что?!

– Жуть.