Лунный синдром (сборник)

Но что сам по себе один фотон? Один атом? Один квант? Ничто! Они становятся материальны лишь в совокупности. Превращаясь в молекулы, затем в вещество, из вещества – в организмы. Так же формируются планеты и звёзды. И венец всему – чёрные дыры! А что такое чёрные дыры? Это сжатые в критически малый объём солнца с массой в три раза большей, чем наше Солнце. Они настолько мощны, настолько велика их масса, что даже фотоны не могут вырваться из гравитации. И всё больше и больше втягивают в себя всё вокруг, создавая воронку.

А что есть эта воронка? – пузырясь, провозгласил гриб.

– Что? – распахнул глаза Фирзякин.

– Галактика! В центре каждой галактики пульсирует чёрная дыра. А сколько всего галактик в нашей Вселенной? Миллиарды! Миллиарды галактик. И всё это произошло из крохотной точки пространства, размером меньшей, чем атом, но массой большей, чем всё вещество всей Вселенной. Ты понял, к чему я веду?

– Нет, – честно признался Гиндесбург.

Гриб приподнялся из чайного сиропа, и по телу его пробежали едва видимые струйки электрических разрядов.

– Я хочу стать той самой точкой пространства, из которой родилась вся жизнь!

– Я не понимаю: как? Как это возможно?

– Видишь ли, как ни странно, но в нашей Вселенной из миллиардов миров, из сотен миллионов вариантов, лишь одна планета дала разумную жизнь. И, как бы ни заблуждались ученые, как бы ни надеялись они найти они ещё кого-то разумного во Вселенной, попытки их обречены.

Никого, кроме нас, тут нет. И это не случайно! Ведь сознание – самый высший и самый парадоксальный вид энергии. Сознание настолько всеобъемлюще, что в нём может сконцентрироваться всё, что только можно вообразить. Когда я подключу к себе сознания всех людей на планете, я стану центром всей энергии, самым мощным и массивным гравитационным объектом Вселенной. Самой массивной чёрной дырой.

– И что же случиться?

– Вселенная схлопнется в единую точку.

В меня.

– Но зачем?

– Затем, чтобы я создал новую вселенную!

– Но… но ведь Вселенная уже существует. Зачем нужна новая?

– А разве эта вселенная хороша? Разве жизнь и люди в ней добры и справедливы?

– Не все, согласен, но нельзя же всех вот так убивать? – изумился Гиндесбург.

– Я никого не убиваю, – рассудительно ответил гриб, – это трансформация. Смотри.