Тихий омут надежды

У меня вырос большой живот,

я такой парень-пельмень, вот…

Смотрю на неё, и очень люблю;

Она: – А, я от него только по блюю…

Но, это она не про меня, верно?!

А, про того, или своего; наверно.

– Ну, тогда скажи, что во мне не так?!

– Не понимаешь; совсем, или дурак?!

Другая жизнь, отношения, – его сила. (сносилась)

Я правда этого не понимаю, бросила! (бросилась)

Потом; я уже, не звонил, и тупо ждал.

Пройдёт немного времени, и полюбит. (может)

После, я ждать это существо перестал, -

и наконец, я понял: она меня не любит! (печаль гложет)

Ещё, в начальной школе, классе втором:

мы с нею спели вместе с классом, хором…

Я сказал, полюбишь, подождём, до завтра?

Она убежала, и даже не доела свой завтрак.

Тогда, получается; и раньше, – не возлюбила?

– Вообще, никого не любила, а потом забила. (забыла)

– Но я-то, всё это время только тебя одну любил…

– Я думала, ты понимаешь, а оказалось-ты дебил! (добил)

– Да, на таких как ты, я; даже, вообще, не смотрю!

– Чем я хуже его; а, ты горда, зла как я посмотрю.

– На таких как он, надо всем ещё равняться!

– Пусть, равняются те, кому нечем заняться!

– А, я поняла, что ты, – не отстанешь от меня; вообще!

– Ань, подожди; а разве, я к тебе приставал, и вообще?

– Если будешь не со мной, а с ним, тогда: надо убивать…

– Не нужно было меня так любить, и ко мне приставать!

Должно быть какое-то средство, она: должна меня любить!

Пусть кажусь посредством; ведь, самое главное, – не добить.

И; что же, – сделать мне, как жить вместе с нею, мои други?

Дай Бог; вот так, не сделать, думать, и не жить с ней другим!

***

Струится тонкой струйкой родник,

с небес, опускается жёлтая осень.

Становятся такими короткими дни,

и, не виднеется солнце, и просинь!

Любовью дышит сама природа-мать!

Разносится дальнее горное эхо-гром.

Как будто, и в России одна благодать:

не слышно стонов, без власти-погром!

На ольховой опушке спала береста,

не слышны крики кудахтанья клуши.

А над Россией, уже не видно креста;

знать, нонче идут не крещёные души.

И, если меня; бы, при жизни спросить, -

что, ты хотел; б, Стеллу, или памятник?

Леса посадить, поля засеять, и оросить.

Ставьте часовню: молиться, и маятник!

А что же, – написать, на гробовой доске?

Не думалось; что, я, – задумаюсь об этом…

Чем дорожил, кого любил-в стихах, тоске.