Арабески. Приключения и фантастика

И уж если была применена такая техническая новинка, похоже, вели их от границы, eсли только по своим источникам на территории России заранее не получили все сведения о пролёте группы. Сгоревшие товарищи были отложены в памяти. Придёт время, решил командир, он лично посчитается с теми, кто лишил жизни его бойцов сегодня, сейчас не время. Часы на руке, компас на другой и карта, kстати, очень подробная. Место, откуда в последний раз вела переговоры группа разведчиков, на карте отмечено, aзимут определён. Вперёд. Легким скользящим шагом воин начал движение.

Набрав нужный ритм запел. Под песню бежать легче, и дыхание адаптируется к песне легче. А что поёшь неважно. Важен ритм. «Давай за жизнь, давай за нас, ещё давай за наш спецназ!» И так далее. В отдалении послышался лай нескольких собак. Бегать с ними на перегонки занятием было бессмысленным. Заранее обдумывая направление, он выбрал неглубокий, но бурный ручей, протекавший примерно в том же направлении, куда стремился и он. Спрыгнув в воду, которая местами доставала до пояса, пошёл вверх по течению. Хорошо хоть дно было песчаным, продвигаться было легко. Метров через триста, заметив нависшую над ручьём толстую ветку, командир несуществующей теперь группы, аккуратно взобрался на неё и по толстому стволу перебрался на берег. Движение продолжилось. Читатель! Пора бы нам поближе познакомится с тем, кто, в отличие от нас грешных, предпочел работу в оффисе или на производстве, неблагодарному труду по защите Отечества от внешних и, особенно, внутренних супостатов. Cудя по тому, что в 32 два года был он майором спецназа, имел полную грудь правительственных наград, делал он это хорошо и отлично. Как всем спецназёрам был присвоен ему личный позывной, а именно, «Гранд», отмечавший пристрастие к изучению казалось бы совершенно далёкой от окружающей жизни истории альбигойского движения в феодальной католической средневековой Франции. Собирал майор и художественную литературу, и серьёзные источники, a началось увлечение в далёком детстве, после просмотра детективного кинофильма «Ларец Марии Медичи». В анкете же он числился вовсе даже Солнцевым Евгением Петровичем, и откликался в обычной жизни, не ограниченной уставами, на имя Жека! С друзьями, конечно! Характер имел тяжёлый, cпорить по пустякам не любил, но если уж шёл на принцип, то до конца. Среди своих считался счастливым. Сколько раз он и его бойцы выходили из различных передряг. Но не в этот вылет. Таких потерь он не имел никогда.