Бывает. Pulp fiction

Просто так нам легче и ближе, по сурдосмыслу, называть те существа, что населяли планету Голодных ёжиков! Уф! Продолжим, однако! Окатив себя из придверной учебной шайки, отряхиваясь, ёжась и погромыхивая брынцалами, младший научный сотрудник вступил в святая святых науки – компартаменты. Много было пролито слёз теми, кто пробовал, выступая с позиций истины и не стремясь противопоставлять её правде, в горячих учёных спорах терпел поражение. Иногда и маститые жабокряки отступали под напором молодых, но сугубо и очень въедливых, особенно если за ними стояли узкие круги определённых организаций, призванных упорядочить мировозрения и не допустить порыва основ и перемешивания станов и нитей! Не помогали и пролегомены науки! Сарсапариллы безнравственности легко поглощали сущности.

Совсем! Отступников так атрибуировали в компартаментах, что от них только зелёные брызги летели. Хорошо, если чудакам удавалось быстро покаяться. Был шанс перетерпеть пару лет в «шарашкиной конторе», зато, без грубого ихнего органона членовредительства и усекновения некоторых жизненно важных частей, от которых, если исходить из грубого приблизительного перевода, избавлялись с помощью технического процесса, называемого «серпом по бейцам»! А вот и зал, где обычно заседал учёный совет. Остепенённые и не очень члены, дам здесь совершенно не было, постепенно заполняли амфитеатр атриума. Пахло духами «Со дна болота» и элексиром свежести «Бочаг!» Поднявшийся из-за стола председателя старший аксалотль Бурчаго, служивший учёным секретарём, позвонил брынцалами и произнёс: Сонм! Кворум есть? Пусть каждый оглянется и со словами, «Оглянись вокруг себя, может трахают тебя», перечтёт присутствующих. Результаты проверки мне сообщать не надо. Я и так уже всех нас, гадов, сосчитал. Но, традиции требуют, приступайте! Закончили? Отлично, хорошо! Разрешите заседание совета считать открытым. На повестке дня нашего учёного собрания изучение интересного документа, полученного с последней экспедицией, которую мы посылали в дальний космос. Отправленные в виде икры икронавты, проведшие годы в сепулькарии, это учёное слово мы позаимствовали с той же планеты, астронавты не только выжили, но, находясь на пределе своих возможностей, добыли материальное свидетельство существования разумных во Вселенной! Вот оно! И он предъявил всем клочок неизвестной материи, тщательно упакованный в прозрачное, непробиваемое бронестекло. Да! Да! – гласом велиим взревел Бурчаго.