Катастрофа в две полоски

Нежная, но внутри просто вулкан страсти. Ее стоны до сих пор, как самая приятная на свете музыка, звучат в голове, а в носу приятно щекочет от воспоминаний ее запаха. Удивительный запах кокоса.

Никогда терпеть не мог кокосы. Но сейчас…

Удивительно, но я даже не слышал, как закрылась за ней дверь в то утро.

Жалею ли я о произошедшем?

Ни черта подобного!

Вот о том, что упустил, да, бывает временами. Но искать ее, разумеется, я не пытался и пытаться не буду.

А вот о том, что устроил своему телу полнейшую разрядку по всем фронтам, нет, не жалею.

Я бы повторил.

Лера

Утро сегодня снова было странным. Если не сказать опять отвратительным!

Потому что началось оно с тошноты, от которой, собственно, я и проснулась раньше звонка будильника.

Соскочила с кровати и понеслась в туалет, уже в последний момент согнувшись пополам над унитазом.

Что за чертовщина?!

Уже вторую неделю подряд меня полощет, как может. Я то зеленая, то бледная, то серая, и исправно отправляю в унитаз утрами все то, что съедаю на ужин.

Я уже даже рацион свой пересмотрела! Думала, может, на жирное сильно налегаю, или сладкого переедаю, или еще фиг пойми, чего не так. Кроме кефира, йогуртов и прочей полезной лабуды, типа овощных салатов, да фруктов на ночь, я больше не ем ничего, и все равно итог один. Семь утра – привет, мой белый друг.

Ничего не понимаю!

Проведя в обнимку с моим ежеутренним спутником добрые полчаса, чувствую, что меня наконец-то отпускает.

Я на ватных ногах, вконец обессилев, ползу в контрастный душ, чищу зубы и, глядя в зеркало, снова подмечаю необычную серость моего лица.

Хотя оно и не удивительно с такими-то утренними “бодряками”. Тональник и румяна мне в помощь.

А потом топаю на кухню, едва переставляя ноги.

Варю себе кофе в турке и даю себе десять минут на то, чтобы его выпить, никуда не торопясь, бесцельно пялясь в стену.

Завтрак снова намеренно игнорирую, так как от одного только вида моей любимой сырокопченой колбаски воротит.

Даже холодильник приходится захлопнуть, только бы все не пошло по второму кругу. Организм уже недовольно начал “ворчать”.

Лето. Его первый прекрасный день. Да здравствует жара!

Вообще я всегда любила это время года, но в этот раз оно почему-то меня не очень радует. Меня вообще последние полтора месяца мало что радует. Сразу с того момента, как наврала начальнице о Троицком, и она раздула из этой невинной мушки огромного слонищу в нашем журнале.