Царь Додон, он не долдон. Pulp fiction

Занес детей с матерью в Приёмный покой, сложил на диван, а сам чует. Всё! Завод кончился! Боль в груди давящая, острая как пика в боку. Ни вдохнуть нельзя, ни выдохнуть. Такая боль пришла, не смог на ногах устоять. Только люди окружающие и увидели. Стоял мужчина в одежде мокрой посередине залы, а потом вдруг упал на пол, грудь и горло ногтями царапая. Bсё! Не стало и Жмыха! Дорога широкая, ровная плоско в небесах разлеглась. Конца и краю ей нет. Идут по ней люди то по одному, то группами, а среди них и Макуха со Жмыхом идут.

Ясно им, что умерли, но внешне, как были одеты, так и есть. Только влага из одежды мокрой испарилась. Тепло и удобно всё. Никто не сообщал покойным ничего, и так ясно. К Вратам идут, так называемым, Воротам Райским. Там канцелярия небесная располагается, там и все решения по грешникам принимаются. А праведников истинных на Земле нашей найти, так это мутное дело, практически, невозможное! Eсли только кто умрёт не родившись, так сказать, родится истинным мёртворождённым. Тогда – да! Только родился, сразу и грешить в жизни своей начинаешь. Но, это – к слову пришлось! На душе очень даже паскудно у бродяг. Hа Земле далёкой, семьи остались. Только только жизнь наладилась, такое нелепое происшествие. Да ведь не исправишь. Молчат. Кряхтят только. А тут и забор, вот она, пограничная Зона. Стол перед ними с компьютером, мужичок средних лет сидит. Глянул на них, потом на экран и говорит: Здравствуйте. Имя моё Иегудиил. Я буду вести процесс по вашему местному делу. Поскольку судьбы у вас схожие, и погибли вы почти вместе, то и разбираться в них я буду в обоих случаях, как будто в одном. Понятно? Не очень, – говорит Макуха! Чего тут разбираться? Сам знаю – грешен. Мне и другу моему в Рай не попасть никоим образом. Так что давай, начальник, вызывай конвой и в Ад! Только срок определи. Я, в натуре, не думаю, что мы на пожизненное тянем! А Жмых сказал: Правильно! Однако ангел, а это был именно он, предложил им присесть, достал серебряный портсигар с монограммой и угостил «Беломором». Закурили. Не надо спешить, – посоветовал чиновник. Времени хватит. У вас ещё вся вечность впереди. А я вам тут анкету приготовил. Курите и отвечайте. Как у вас с заповедью «Не убий»? И получил ответ отрицательный. Чего не было, того не было, a чужое на себя брать мужики и в Зоне настоящей бы не стали! С «Hе укради» пришлось согласиться. Было дело. И не единожды. Насчёт «Не сотвори прелюбы» сначала не поняли, после смеялись долго.