Царь Додон, он не долдон. Pulp fiction

Корабель стоит на якоре у острова Кильдин-Могильный, что полощет свои низкие каменно-серые берега в Баренцовом море. Завтра идти к чёртовой матери. За Новую землю, к льдам и штормам. Обычные матросские дела. А так живо всё было! Сейчас бы на часок к подруге той попасть! Нет? Да, куда там! Расплевались мы с ней по полной. И муж у неё есть. Мужик сурьёзный, поваром работает. А мне до отпуска, как от Кильдина до Франца-Иосифа. На карачках! Тут и смена встала. Пойду спать. Может ещё чего интересное приснится! Адьё!

На кладбище

В жаркую летнюю ночь, через заброшенное деревенское кладбище шла молодая городская дурочка.

Ну, на самом деле в отношение её АЙКЬЮ я не могу сказать ничего. Не проверял, не состоял и, даже, близко не стоял. Многие тут бы добавили, мол, за ноги не держал, вариант, свечку не держал, но, я с негодование такую пошлость отметаю. Не знаю, и всё! Вы можете спросить, а почему тогда дурочка? А я отвечу. Разумные девки и бабы в этот суровый час напившись тёплого молочка спят в кроватках своих и сны про вещи всякие приятные видят. Это с каким-таким интеллектом надо быть, что бы среди ночи по старым кладбищам шастать? Идёт она себе, идёт, вдруг, слышит. Грызут что-то! Только тут в её городскую, обременённую образованием, но лишенную проблесков разума голову, стали приходить разные тяжёлые мысли. Грызут, вроде чего-то. А может кого- то? А что будет, если не наедяться? Ну, не хватит пищи на всех грызущих. Или, вообще, проглоты они там. Что ни дай, всё мало? А впереди тёмной стеной церковь старая разрушенная. Кладбище тоже древнее, но тропинки между могил натоптаны, идти можно. А у неё внизу живота мысль только одна курсирует, надо ли далее забираться? Xолодок от мысли этой явственно по середине тела от живота к диафрагме поднимается. Вот-вот всеобщий колотун начнётся. С пробиранием до костей и впадением в спасительный обморок. Птица среди кустов могильных дурным голосом закричала. С недалёкого пруда кряхтение раздается. Могилы крестами качают, тропинка в свете луны мёртвыми отблесками моргает. С реки холодком сырым несёт, и ветер разыгрался не на шутку. Bоет и воет. Эдак, в фильмах американских демонов моря изображают. K чему, думает, я про чёртовы фильмы вспомнила. Там зомби людей едят, мёртвые полицейские среди живых орудуют. Oдин, с бензопилой «Дружба»», и другой, с длинными острыми ногтями, да маской хоккейной, что сердца ел, тоже оттуда. А в голове все мысли пропали. Куда -то в средостение завалились, сидят там и не чирикают.