(Не) курортный роман

Опаляющий до самых кончиков ушей!

– Сереж… – блею невнятно, – мы это… этаж… нажать надо…

Что с моим голосом? Почему он просел и звучит, как прокуренный?

Я же…

Это же…

Да нет же!

И все-таки да. Желание, щекоча, пробегает по всему телу, отдавая импульсы в самые “потаенные” места. Те, которые ТАК на Нагорного никак не должны реагировать! Против воли сжимаю бедра, приглушая томительную пустоту между ног.

Он делает новый шаг навстречу. Медленно взгляд парня поднимается, отрываясь от моей груди. Я не двигаюсь.

Он будто ласкает. Я почти чувствую его прикосновения. Сначала ключицы. Затем шея. Подбородок. На моих губах Сережа тяжело сглатывает.

Я вижу, как дергается его кадык. Он тоже сильно промок и теперь я могу любоваться очертаниями его пресса и косых мышц, уходящих под пояс брюк. И такие “гляделки” – запретная территория для двух друзей.

В горле пересыхает.

Не вздумай, Ростовцева!

Но…

Еще мгновение, и наши взгляды встречаются, уничтожая остатки воздуха в легких, в лифте, во всем Сочи! Я даже не могу сказать, кто из нас первый делает шаг! Расстояние между нами просто испаряется.

Все правила тоже. Все улетучивается. Момент…

Его губы резко нападают на мои. С рыком выжимаются, сминая! До боли. До хрипоты. Руки обнимают, прижимая к твердому спортивному телу парня. Я забываю, как дышать. Мокрая ткань неприятно липнет, но я перестаю это замечать, когда ладони Нагорного сжимаются у меня на талии. Я сама цепляюсь, что есть сил за его мокрую рубашку.

Еще мгновение, и я уже подхвачена на руки и сцепляю лодыжки у него за спиной.

Охренеть, Стефания, ты что творишь?! Остановись!

Не-е-ет…

Я раскрываю губы. Тихонько застонав, впускаю его язык в свой рот. Позволяя ему целовать меня грубо и глубоко. Брать так же пошло и откровенно, как пару часов назад он целовал мою коллегу Вику. Отвечаю с полной самоотдачей. Плевать! Это чертовски вкусно!

Суетливые поглаживания горячих рук, требовательные ласки настойчивых губы, возбужденное дыхание в унисон и провокационное трение тел… М-м-м!

Мы разрываем поцелуй только тогда, когда дышать становится нечем.

Легкие начинают гореть. Я жадно хватаю ртом воздух.

Лифт, загудев, приходит в движение. Нас кто-то «вызвал».

– Вот блин! – пищу.

– Твою ж! – выругавшись, Сережа ставит меня на ноги и быстро прикладывает ключ-карту к панели. Жмет кнопку шестого этажа. Снова возвращается и обнимает. Вовремя. Я от шока и бессилия чуть не съехала по стеночке.

Он упирается лбом в мой лоб.