Невеста на уикенд

Пережил да так, что с тех пор закрылся от отношений абсолютно и открываться не собираюсь. Эта чертова болезнь, и стоит только расслабиться, какая-нибудь тварь всадит тебе нож в спину. Наелся… мне хватило.

– Не надо всего этого фарса, – повторяю уже спокойней.

– Этого я обещать не могу, – выдает мне непоколебимая Эмма Константиновна.

– Мама!

– И да, я позвала на завтрашний ужин Анжелу с семьей, – безапелляционно заявляют мне, даже не дав шанса возразить.

– Какого…?

И вот тут моя выдержка всего на доли секунды, но дает слабину, заставляя зло рыкнуть, сжимая челюсти.

Хочется припечатать кулаком в стену от злости! То ли на себя, что умудрился по пьяни спутаться с этой Анжелой буквально пару месяцев назад, то ли на мать, которая даже спустя сотни сор от задуманного не отступает.

Эта "гостья" может стать для нашей с Загорской игры большой, нет, огромной проблемой!

– Не выражайся! Лукреция – моя лучшая подруга, и она практически член семьи. И раз уж твоя Анастасия такой ангел во плоти, по твоим рассказам, – продолжает мать, а я уже лихорадочно соображаю, как буду выкручиваться завтра, – и к тому же публичная личность, она должна показать себя во всей красе.

Покажет. Твою мать, обязательно покажет. Мне. Свой гнев во всей красе, когда узнает, что у нас намечается светский междусобойчик в обществе моей бывшей любовницы. Отмываться буду еще вечность и один день.

– А ты не могла хотя бы меня спросить, надо ее сюда звать или нет? Настя не клоун на ярмарке, и не зверюшка в зоопарке, чтобы ее всем показывать.

– Моя невестка должна быть светской дамой и уметь держать лицо на публике.

– С твоими раутами твоя невестка сбежит от меня.

– А вот Анжела бы…

– Хватит.

– Вот и посмотрим, кто будет смотреться выигрышней на этом ужине.

Театр. Фарс. Комедия. Называй, как хочешь. И я, мало того, что влип в это сам по уши, так еще и личную помощницу втянул. Теперь и остается только что уповать на внезапное открытие в ней таланта актрисы.

Глава 11. Настя

– Такой огромный дом… – бубню себе под нос, с остервенением развешивая в гардеробной вещи с ценниками, прямиком из магазина. – Неужели нельзя было выделить мне отдельный скоромный угол? Да и, в конце концов, тут сотня спален! А мы спим в одной!

– Десять, – слышу за спиной и подскакиваю, роняя изящный кремовый костюм. Дверь открылась так тихо, что я за своим праведным гневом даже не заметила.