Роман с фирмой, или Отступные для друга. Религиозно-политический триллер

Но главное и основное – это был «Заратустра» Ницше.

Книги Ницше, тогда толькотолько перестали быть запрещенными, и он – скончавшийся в безумии немец – мгновенно вошел в моду. Весь МГУ (по словам Сереги) взахлеб зачитывался ницшеанскими творениями, а сам Серега и вовсе мог часами рассказывать о том, что означает тот или иной тезис из «Гибели Богов» или «Заратустры».

– Одиночество и самоуглубление! – Вот истинные друзья мудрости, – вещал мой продвинутый друг, тыча пальцем в изрядно зачитанное издание в оранжевом переплете.

Мы сидели в почти насквозь продавленных старых креслах. Книги в беспорядке громоздились на столе, словно льдины на реке при весеннем ледоходе. Лицо Сереги лишь наполовину выхватывал из темноты дрожащий отсвет керосиновой лампыкоптилки, вторая половина: нос, скула и глаз, – тонула во мгле. С электричеством в деревне в тот переходный год часто возникали перебои.

– Если хочешь понять себя и сделать свою волю главенствующим фактором – уйди от толпы! Толпа сама приходит к сверхчеловеку, не наоборот.

Поэтому истинный Бог не Христос, позволивший толпе распять себя. Истинный Бог – ты сам! Конечно, тогда, когда поднимаешься над обыденностью, над толпой. Но на пути к этому сидит огромный старый дракон.

– Чегочего?

– Страх! Липкая скользкая змея, веками гнездящаяся в извилинах и передаваемая с почетом от поколения к поколению! Посмотри вокруг, у большинства в глазах что?

– Что?

– Страх!

– Да ладно!

– А ты присмотрись!

Вот, например, у меня есть родственник – дядя Илья.

Инженер от Бога! Любой мотор, механизм, телевизор, да что угодно найдет на свалке, притащит в гараж, разберет, разложит по полкам, неделю над ним пошаманит и снова соберет. И оно начинает работать!

Я говорю:» – Дядя Илья, почему ты фирму не откроешь? Деньги заработаешь, иномарку купишь, за границу съездишь. Ведь разрешили!»» – А зачем мне? Я лучше так…»

И бочком, бочком в свой гараж… и дальше там копошится.

А у самого (я же вижу!) в глазах страх.

Так вот моя цель – убить в себе самые мельчайшие ростки этого наследственного, посконного страха!

– И Ницше способствует?

– Да. Когда я читаю, перечитываю, вникаю в текст, то чувствую, как воля моя прямотаки наливается силой. А жизнь смыслом.

– И в чем же он – твой смысл?

– Воспитать, взрастить в себе ницшеанского сверхчеловека!

– Ну а дальше, дальше что? – пытался докопаться я до сути.