В знак уважения

При этих словах он лихо загнул фуражку вверх и сплюнул сквозь зубы прямо на тротуар. Присутствующие на остановке неодобряюще и в то же время с интересом посмотрели на приезжего. Тем временем он, не обращая ни на кого внимания, продолжал:

– Лёха, прекрати. Тебя бы сейчас посадить в цепной ящик, сразу бы реветь перестал. Тебя надо отдать нашему дракону, он бы научил шкрябать палубу. Понял?

Маленький Алексей от этих не совсем понятных слов начал ещё больше всхлипывать.

– Кому говорю? Перестань балласт сливать, без воды нас решил оставить?

– Мама сказала, что хороший, а ты всё ругаешься.

Алексей решил объяснить причины своего поведения:

– Что ты говоришь? Ты ещё пока и представления не имеешь, как можно по-настоящему ругаться. У нас старший механик так загнёт, так загнёт, что душа в пятки уходит. А ты говоришь, что я ругаюсь. Я же тебя любя… Не в смысле ругательства, а как судовым мягким половичком жалею. Не плач, что завелся, как брашпиль, давай сбавляй обороты. Нам надо еще доехать до тёти Клавы и груз ей передать в целости и сохранности.

Тем временем подошёл автобус, и весь народ рванул усаживаться на пустые места. Так получилось, что морячок с маленьким братом уселись недалеко от меня, и я оказался невольным свидетелем их дальнейшего разговора. Да и другие пассажиры, как мне показалось, начали прислушиваться к их разговору. А морячок продолжал наставлять Лёшу:

– Ты настоящий салага. Что, успокоился? Молодец, так держать!

Тем временем автобус выехал из населённого пункта и продолжил путь по сельским дорогам до пункта назначения.

– Лёха, смотри, как красиво. Представь, что это не поле, а море. Конца и края этому простору нет. Ты только представь: в море, как и сейчас, скоро солнце будет садиться за горизонт, и его последние лучи сообщат нам о начале сумерек. Вот тут-то и надо начитать работу с секстаном. Знаешь, как это интересно?

– Нет, не знаю. А что это такое секстан?

– Это специальный штурманский инструмент, этим инструментом измеряют высоты светил в море.

– Нет, не понял.

– Вот я и говорю, Лёша, ты тупой, как нос портового буксира. Ты такой же, только буксир много работает, а ты всю дорогу плачешь. Знал бы, не взял тебя с собой к тёте Клаве.

– Вот опять ты меня ругаешь. Я на тебя нажалуюсь тёте Клаве. Ты нехороший, Паша.

В этот момент автобус сильно тряхнула на одной из ям грунтовой дороги.