Шальная музыка (сборник)

Бирюков положил заявление перед собою на стол:

– Как же милиция могла вызвать Льва Борисовича, если вы только что принесли эту бумагу?

Тонкие брови Любы недоуменно приподнялись.

– Может, Лева по телефону сообщил в милицию о краже, – неуверенно проговорила она.

– Не было такого сообщения, но на всякий случай сейчас проверим. – Бирюков нажал клавишу селектора: – Голубев!..

– Я здесь, товарищ начальник! – тотчас послышалось из динамика.

– Тебе известно о краже магнитофона у гражданина Зуева из седьмого дома по улице Озерной?

– Никак нет!

– Срочно узнай в дежурной части, не поступало ли туда устное заявление, и сразу зайди ко мне.

– Бегу, товарищ начальник!

Бирюков выключил селектор. Поправив листок перекидного календаря, на котором значилось девятнадцатое сентября, спросил Зуеву:

– Брат рассказывал вам о краже?

Люба утвердительно наклонила голову:

– Да, конечно. Магнитофон стоял на подоконнике, и утащили его через форточку.

– Квартира на первом этаже?

– На первом.

Дом трехэтажный, с двумя подъездами. Перед окном у Левы – густой черемуховый куст.

– Знаю этот дом… – Антон, раздумывая, постучал пальцем по календарю. – Почему же Лев Борисович не передал нам заявление, а положил его в стол?

Люба пожала плечами:

– Сама не понимаю. Все как-то странно получилось. Лева собирался в Москву. Пятнадцатого сентября он приезжал в Новосибирск. В авиаагентство, за билетом. Купил на восемнадцатое число и заехал ко мне в общежитие. Мы договорились, что пока брат будет в Москве, я поживу в его квартире здесь, в райцентре.

У меня в запасе еще две отпускные недели. Приехала я сюда на следующий день, шестнадцатого, с вечерней электричкой. Лева встретил на вокзале и по дороге к дому рассказал, что, мол, вчера, пока был в Новосибирске, у него украли новенький магнитофон, за который он отдал шестьсот рублей.

– Это государственная цена?

– Нет. Лева говорил, что купил у кого-то с рук, а в «Березке», мол, однокассетный «Националь» стоил триста восемь чеков.

Я удивилась: «И не жаль было в два раза переплачивать?» Он в ответ: «Что ты, Люба! Это же первоклассная техника. Фирма “Панасоник”, стерео. За такой отличный маг и семисот не жалко. На любителя, конечно».

– Значит, брат ваш любил музыку?

– Правильнее сказать, не столько музыку, сколько радиотехнику. Став инвалидом, он сутками копался в транзисторах, магнитофонах, телевизорах. Говорила ему: «Не свихнись на этом деле, как Женька Дремезов».