Прекрасное и безобразное

Потянув время и убедившись, что люди не отступят, вечники пошли на уступки. Они соорудили плот, занесли на него Олю, поспешно перерезали путы, приковавшие девушку к бревну, и пустили плот по течению.

Путы опали, но от долгого неподвижного плена Оля долго не могла пошевелиться. Наконец, с огромным усилием она со стоном приподняла голову и увидела Алексея, привязанного к бревну. Даже издалека было видно, как лучезарно сияли его глаза. Радовался, что Оля свободна. А вон и наша палатка, где они провели ночь. А где же вечники? Куда они подевались? И где их вонючий город? Ничего этого не было! Испарилось, как кошмарный сон.

В следующее мгновение Оля всё поняла и отчаянно закричала:

– Алёша! Их нет! Они исчезли! Надо двигаться! Шевелись!

Как же! Так опутан, что и пальцем не пошевелить. Да и не слышит. Далеко. И ветер дует с острова. Оля вскочила и попыталась изобразить что-то жестами, но плот относило течением всё дальше, и вскоре остров скрылся за поворотом.

Вернуться! Немедленно вернуться! Теперь вечники не опасны.

Надо лишь двигаться. Она спасёт Алёшу. Это очень просто. Нужно лишь вернуться на остров. Как можно скорее. Дорога каждая секунда. Надо пристать к берегу и, двигаясь вдоль реки, вернуться к острову.

Однако, берег не приближался, а, наоборот, таял в сгущающихся сумерках. Оля в отчаянии заметалась по плоту и, недолго думая, сиганула в воду. Даже в самые жаркие дни вода здесь прохладная, но девушке повезло: нагревшаяся за день земля отдавала тепло реке. Набухшие от воды остатки одежды Оля сразу сбросила.

Плыть стало легче. И все же нечего было и думать о том, чтобы вплавь добраться до острова. Хотя бы до берега дотянуть. Казалось, он исчез в ночной темноте. Когда силы уже были на исходе, ноги нащупали дно. Оля выбралась на сухой песок и потеряла сознание.

Она очнулась, когда забрезжил рассвет. Утренний холод проник до костей. К счастью, сквозь туман совсем близко послышались чьи-то голоса. Оля вскрикнула и снова потеряла сознание, но вскоре снова пришла в себя.

До неё смутно донеслись незнакомые голоса.

– Вот, стерва! Специально разделась. Рука не поднимется такую пристрелить.

– Зато в штанах хорошо поднимается.

Олю оглушил взрыв похабного хохота. Кто это? Почему они над ней издеваются? Что плохого она им сделала? А сальные шуточки продолжали сыпаться, как из рога изобилия.

– Эх, Ваня, несознательный ты солдат. При виде голой бабы у тебя Устав из головы напрочь вылетел.

– Устав я помню отлично.