Выбирай

– Вам, наверное, нужна помощь? – спрашиваю, как примерная дочь, хотя желания копаться в земле нет никакого. Мои “белые ручки” слишком отвыкли от таких дел.

– Нет, справимся, у тебя работа, так что ты не переживай, родная. Ты лучше скажи мне, это правда? – голос родной женщины становится серьезным, и я уже и без пояснений догадываюсь о чем, а вернее, о ком пойдет речь.

– Правда, мам.

Устало падаю у окна и бесцельно наблюдаю за пролетающими мимо улицами, полными движения. Город просыпается после затяжной зимы.

– Вот же ж скотина! Вы только на прошлой недели расстались, а он уже другую в ЗАГС вести собрался, кобель.

– Не надо, пожалуйста, мам.

Хоть мы и не вместе, но я, наверное, никогда не перестану идеализировать своего бывшего. В моих глаза, каких бы дел не творил, Рома всегда остается непорочным ангелом. И это злит, и раздражает, но против себя не пойдешь. Слишком глубокое и прочно засевшее чувство живет внутри моего разбитого сердца.

– Что не надо? Катерина, ты когда уже одумаешься?! – и снова по кругу, все та же песня. И хоть мы с Ромой знакомы со школы, а мать знает о моих чувствах, все равно не любит его. И даже когда чуть меньше трех лет назад мечты наивной дурочки исполнились, они с отцом наперебой твердили мне, что ни к чему хорошему это не приведет. Оказались правы. Так оно и вышло по итогу.

– Одумалась уже, ладно? Хватит.

– Не раскисай там, давай, – бодро просит маман.

– Я не страдаю.

Уже нет – хочется верить. Уже выстрадала из себя все, что можно было. Задавила и растоптала чувства, какие были. Теперь осталась только бесчувственная и неэмоциональная Кати, которая вчера, по пьяне, переспала с Гаевским. А может, так оно и лучше? Отношения без отношений. Или, как там говорят, секс по дружбе? Может, Макс и прав, не привязываясь ни к кому, живя в свое удовольствие и эмоционально не завися от “закидонов” второй половинки.

На работе с головой пропадаю до самого вечера. Кучи звонков и предложений, со всеми надо договориться и всем найти концертную площадку. Все идет по накатанной: тихо и спокойно, пока двери моего кабинета не открываются, впуская в офис само совершенство в лице Гаевского. Увидеть его внушительную фигуру в дверном проеме стало неожиданностью. Воспоминания вчерашнего вмиг всплыли яркой картинкой в голове, а руки сжались в кулаки.