Бойцовский Павлин

На «рубашке» я пришёл, конечно, в полную негодность, по сути меня просто отпиздили, хотя мои удары не причинили ни малейшего беспокойства партнёру. Зато ручей привёл в чувство (умываться – значит облиться водой полностью), и я опять заметил странную вещь. После меня умывался Андрей, самым последним. Он окунул в воду два пальца и провёл ими по векам, на чём и остановился. А когда я спросил пацанов – почему он не отжимался и не умывался как все, мне и сообщили, что Андрей – человек юродивый, на него давно махнули рукой, и делает он всё по-своему, ибо спрос с него никакой.

Я рассмотрел его повнимательнее, увидел согнутого жизнью одинокого и беспомощного дядьку, такое существо действительно в валенках, с дурацкой улыбкой и бессмысленным взглядом. Да, думаю… дебил. Ладно.

Настало утро и без всякого завтрака мы пошли в храм, где все разбрелись по своим работам, а я со вчерашними пацанами ждал встречи с наставником, как мне сказали. Я её правда ждал, этой встречи. Я приготовил несколько вопросов и одно небольшое, но ёмкое вступительное слово, которое должно было вытащить меня из этого бреда.

Однако, когда наставник появился, всё пошло не по плану. Это был небольшого роста худой крепыш в чёрных брюках, туфлях и водолазке, с маленькой бородкой и коротким ёжиком на голове. Он производил впечатление человека адекватного, наверное, из-за задумчивых чёрных глаз, и я воспылал надеждой на то, что меня услышат! Разумеется, я не ответил на его приветствие так, как меня учили, от волнения и нетерпения кивнув торопливо «здрасте», я начал было объяснять, какая чудовищная произошла ошибка, но получил короткий удар (фирменный он у них, сука, что ли, подумал, поднимаясь с земли) и больше ничего говорить не стал.

Наставник этот тоже был неразговорчив.

– Теперь твоя забота – собаки. Кормить, гулять, дрессировка, чистка, подготовка к бою и все остальное. Ребята объяснят.

И ушёл.

С одной стороны, я рад был, что он ушёл. Такое разочарование от собственной ошибки, от того, как я обманулся его глазами, хотелось прожить подальше от него.

С другой стороны, я ясно понял, что дела обстоят куда серьёзнее, чем я думал, выбраться отсюда наскоком, с помощью моих представлений о том, как устроен мир, явно не выйдет. Ловить пиздюлю каждый раз, как пробую говорить с ними по-человечески, я решил прекратить. Нужно осмотреться как следует, и уйдёт на это времени неизвестно сколько, так что о времени лучше просто на время забыть.