Подруга

Возможно, удастся ее как-то использовать в будущем. Надеюсь, ее мнемоблокада надежнее, чем ошейник?

– Вполне, я сам ставил. В этом я уверен. Но в случае срыва у нее может быть несколько минут. Если принцесса окажется рядом, может начать задавать вопросы.

– Неприятно. Но срыв может произойти только при случайном срабатывании ключа. Он надежен?

– Вполне, ключом является изображение предмета в комбинации с его названием, который не используется уже несколько десятков лет, – хохотнул мужчина.

Глава 5

Последствия

В туманной дымке были видны только свои ноги, обутые в красивые и изящные босоножки.

Откуда-то со стороны раздавался веселый мужской смех. И кто-то предлагал посмотреть, сколько можно простоять в этой красоте. Мелькнула смутная мысль, что в такой красивой обуви, наверно, можно проходить весь вечер и не почувствовать усталости. Вдруг резкая боль острым ножом прошлась по пятке и стопе. Изображение босоножек качнулось и снова встало на место. Почему-то было неимоверно важно устоять и не упасть. Надо было во что бы то ни стало вытерпеть эту боль и не закричать. Из-под пальцев ног потекла темная, почти черная кровь и начала лужицей растекаться на полу. В босоножках стало скользко, ноги заскользили по платформе и теперь удерживались только за счет тонких и изящных ремешков. Где-то вдали послышался плач и яростный вопль Лютика: «Майя, это ничего не изменит, не стой, не надо!»

Но мысль, что надо держаться, назойливо билась в голове. Внимание сосредоточилось только на этом, а босоножки снова отчетливо проступили сквозь туманную дымку.

В изображении начались изменения, тонкие ремешки из мягких и гибких превратились в жесткие захваты. Из них выдвинулись узкие металлические упоры, каждый из которых лег на отдельную косточку подъема стопы. Под своим весом ноги все больше съезжали вниз по смазанной кровью платформе и тонкие упоры все больше давили на косточки. Откуда-то было понятно, что чем сильнее становилось давление на эти маленькие упоры, тем сильнее они продавливаются под костью, а края начинают сжимать ее с боков. Это было больно, очень больно. Кровь теперь бежала и сверху, из пробитой кожи. Но прекращать пытку никто не собирался. Наконец, не выдержала косточка посередине. Под давлением железного упора она смялась, с хорошо слышимым хрустом раскалываясь вдоль. Вслед за нею по очереди начали колоться остальные. Майя, не выдержав, закричала и проснулась.

В спальне было темно и тихо.