Семья

 – И чего он так поздно. Графы вроде все вначале были.

– Не ворчи. Он немного опоздал. Но по уважительной причине. На его землях раскол нарисовался.

Майя сочувствовала подруге. Той приходилось не только сидеть, но еще реагировать на все происходящее. И не как-то, а благожелательно, вежливо и с благосклонностью. Попробуй нарушить протокол в общении, например, с этим графом. Никто даже не подумает о том, что принцесса устала. Все сделают свои выводы. А в результате в местной опале может оказаться и сам граф, и его семья.

А мужик вроде ничего, раз ради дела даже позволил себе опоздать на такое мероприятие. Даже речь толкнул такую короткую. О, уже заканчивает.

«Граф, да в такого и влюбиться можно! А его сынок и вовсе душка. Так и норовит слинять отсюда, вон как зыркает», – Майя вздохнула.

Протокол не собирался идти ей навстречу. Как бы граф ни сокращал свою речь, правила требовали от Иллис задать ему хотя бы пару ничего не значащих вопросов. Именно совсем бесполезных вопросов.

Если Иллис начнет приставать по делу, то окружающие воспримут это как знак недовольства новой правящей. Что ее чем-то заинтересовали дела собеседника. А что может быть важным, чтобы заняться ими прямо на празднике? Только проблемы. Благосклонность на приеме проявляется в приглашении остаться на бал в честь принцессы. Пришедшие сюда и так останутся, конечно, но быть личным гостем правящей намного престижней. А еще нужно обратиться к сопровождающим членам семьи графа. Тоже ничего не значащие фразы.

Майя прекрасно знала теперь всю эту мутотень. Кроме инструкций и объяснений ей как тактику, они с Иллис еще прошли целый курс придворного этикета и приемов. Иллис его повторяла, а Майя так, за компанию, ну и как куратор, разумеется. Ей-то приемы не вести. Это она так думала тогда, наивная.

Наконец, Иллис перевела взгляд на мальчика лет шести и улыбнулась.

– Я рада познакомиться с наследником достойного графа. Надеюсь, ты будешь достоин своего отца.

Мальчик открыл рот для ответа. Но в этот момент не сдержался и чихнул. Майя невольно улыбнулась, глядя, как совсем не аристократически мальчишка ладонью потер нос. А когда он отнял руку, между ним и троном уже возникла быстро сгущающаяся пелена силового экрана, сквозь которую можно было рассмотреть размазанную по верхней губе мальчишки кровь.

Противный сигнал биологической тревоги прозвучал громко и резко оборвался.