Башня из красной глины

– Я выяснил насчет мобильника брата Федора, – сообщил опер. – У него была трубка, но она пропала. Все говорят, что он носил ее с собой, значит, убийца ее забрал. Номер, естественно, не отвечает.

– Я думаю, преступник позвонил ему и назначил встречу. Так монах и оказался за складом.

– Но зачем он туда поперся?

– Вот это-то и странно. Либо он знал преступника, либо тот знал что-то о монахе.

– Нелицеприятное?

– Просто так в монастырь не уходят. Проверь, что было причиной того, что Базаров стал братом Федором.

– Ясно.

– И проверь, нет ли в телефонной компании записи разговора или хотя бы номера, с которого поступил звонок на мобильный монаха.

– Слушаю и повинуюсь.

Закончив разговор, Смирнов поднял трубку городского телефона и придвинул блокнот. Первым он набрал номер Самсонова.

– Алло, это старший лейтенант Смирнов, – представился он, услышав голос профессора. – Извините, что беспокою, у меня к вам один необычный вопрос.

– Слушаю, – донеслось в ответ.

– Вам говорит что-нибудь слово «Фаэтон»?

Повисло непродолжительное молчание, затем Самсонов сказал:

– Кажется, это что-то из мифов. Точно не припомню.

– Больше никаких ассоциаций не возникает?

– Да вроде нет.

– Ладно, спасибо. Извините, что побеспокоил.

Смирнов повесил трубку и тут же позвонил Викуловой, но у нее было занято. Золина ответила спустя гудков десять.

– Здравствуйте, – сказал Смирнов. – Я из полиции, мы сегодня разговаривали.

– У вас еще вопросы, которые вы не успели задать? – неожиданно кокетливо отозвалась женщина.

Полицейский подумал, что, находясь вне общества Викуловой, блондинка чувствует себя куда свободнее. Может, стоит снова расспросить ее про Марухина? Вдруг она постеснялась сказать при рыжей то, что думает о руководителе лаборатории на самом деле?

– Всего один, – пояснил Смирнов.

– Задавайте.

– Вам говорит что-нибудь слово «Фаэтон»?

– Фаэтон?

– Да.

– Это сын бога солнца, если не ошибаюсь. Еще вроде так раньше называли открытые экипажи.

– Больше ничего в голову не приходит?

– Вроде нет.

– Спасибо.

– Это все, что вы хотели? – Голос прозвучал удивленно и разочарованно.

– Вы действительно так уважали Марухина, как сказали?

– Конечно. Почему вы спрашиваете?

– Просто так. Он вам нравился?

– В каком смысле? – Снова игривый тон.

– В обоих.

Золина хохотнула:

– Пожалуй.