История одного безумия. Чтобы смотреть на мир полноценно, сойди сума

Я сам вошел в щит и еле сдержал его.

– Сдержал? – спросила Светлана

– В моём мире это зовется Таркон. Сознание, которое пожирает силу жизни, здесь оно станет монстром, если не остановить его. Для него ваш мир – это пир. Он здесь будет пировать, и одолеть вы его не сможете.

В кабинет вошел человек в строгом черном костюме. На вид около тридцати, прямые черты лица, пронзительный взгляд, короткая стрижка.

– Светлана! Вижу, вы делаете заключение. Я из ФСБ, прибыл за всеми материалами относительно Вульфа.

– Я задам вам вопрос, только ответьте честно. Кто он? Я допрашивала его, и он говорил правду. Этому парню и двадцати нет, он напуган и хочет домой. Вы его отпустите?

Фсб- шник присел напротив и, посмотрев на доктора холодным взглядом, ответил:

– Доктор, это не вашей компетенции. Вы отдадите, все его документы и будете делать то, что мы вам скажем. В противном случае, мы вас заменим. Если в системе, шестеренка ломается, то её заменяют. Лично от себя добавлю, что нам будет неприятно заменить такова квалифицированного сотрудника.

Светлана кивнула в знак согласия, и человек ушел, со всеми документами.

– Вспомнила? – огрызнулся Вульф. – Страх, это движущая сила мира.

Но тот, кто склоняет голову перед страхом, становится его рабом. Страх это противник, который должен быть побежден. – После Вульф растаял, а Светлана задышала нормально.

Вульф смотрел на напуганного подростка пойманного неподалеку от психушки. Бедолага жил в частном секторе, неподалеку от клиники, был сыном главврача.

Он не мог бежать. Вульф сломал парню щиколотки. Тот сквозь боль и слезы спрашивал, дрожащим голосом.

– Приятель, что я тебе сделал? Я же не знаю тебя. Что ты хочешь? Я прошу, отпусти меня! Мне жить хочется, умоляю, не надо.

Пока паренек надрывался, выжимая из себя слезы жалости и вопя, от жуткой боли в ногах, Вульф осматривался, изучая окружающее.

– Бог ты мой. Ты же ебнутый. Блять! – парень осознал свою безысходность.

Крики сумасшедших доносились отовсюду, что его вопли в этом бреду? Он один на один в чаще леса.

И как он понимал, в той, в которую пойдут в последнюю очередь. На старом кладбище за больницей. Он знал, что отец специально запрещал сюда ходить. Парень осознал это и страх заставил его реветь.

– Как так, что же это? Зачем, ты это сделал? Я никому не расскажу, отпусти меня, и я все сделаю, только не убевай-йй-й-й-й, – хныкал парень, видя, как Вульф начел ломать суставы. Зрелище было пугающим.