Многое навсегда

Однако как настоящий профессионал девушка произносила неизвестные ей названия и аббревиатуры таким уверенным голосом, что у ее начальницы тут же пришли мысли о секретной службе верной помощницы в воздушно-десантных войсках. Умница Майя авторитетно заканчивала свой рапорт:

– Словом, помогло только вмешательство их главного инструктора, местного специалиста, который тоже был в воздухе. И, несмотря на критически низкую высоту, с риском уже для жизни-таки успел подхватить неудачника. Приземлялись они уже вместе. Все живы и здоровы.

Слава богу.

Алисе, хотя с возрастом она и выглядела в общении все более сухо и решительно, подобные случаи не казались чем-то рядовым. Впрочем, какие годы? Сорок семь, а выглядит на тридцать три-тридцать пять. Такие уж генетические особенности у всей ее семьи, принятые ею еще от мамы. Ну и прекрасная швейцарская косметика, спорт, но сейчас не об этом.

Словом, на деле абсолютная фаталистка, шефиня понимала, что все предопределено где-то, но не в этом мире, и играть с этим не стоит.

И она каждый раз хотела более внимательно рассмотреть людей, которые так или иначе уже были там, на краю бездны, и видели больше, чем остальные: – Едем на место!

Дорога мелькала, как длинный зеленый штрих-код. Густые можжевеловые заросли внезапно сменялись изящными каменистыми пустошами, но очень скоро природа снова демонстрировала нетерпимость к пустому пространству.

Внезапно на контрапункте с чистейшим заповедным воздухом возник труднопереносимый и крайне резкий запах дымной «кинопреисподней» – пиротехники готовились к новым эпохальным военным кадрам и неумолимо жгли что-то селитрово-серное.

Автомобиль шефини еще раз вильнул на повороте и выехал на широкую и крайне живописную поляну, покрытую высокой травой и каким-то карликовым редколесьем. В стороне расположились несколько больших машин и вагончиков. Рядом, неожиданно настойчиво перебивая тяжелый смрад от спецэффектов, выдавала божественный аромат наваристого мясного бульона и гречневой каши настоящая военно-полевая кухня.

Был как раз обеденный перерыв. Великие творцы и прибившаяся к ним массовка восполняли потраченные эмоции с помощью многочисленных ложек и вилок.

Человек, шагнувший через себя на спасение к другому, не показался ей тогда богатырем, но невидимая внутренняя сила, легкая щетина и какой-то особо выдающийся мужской кадык никак не отпускали Алису к другим занятиям. Звали героя Прохор. Подав ему руку и не выдавая своих мыслей, Лиса дежурно поблагодарила Проводника.