Найти апельсины

Что можно сразу начать говорить человеку, которого не видел почти четыре года? Ох ты, ведь действительно почти четыре! Летят, летят деньки то! За полгода не упомнишь, о чём рассказать надо, а тут – эвона! Четыре года!

– Ну, селекционер-генетик! – понимая, что серьёзно и о серьёзном ещё рано, начал пытать его я, – Надолго? Или опять вечером автобус?

– Надолго, Дмитрич, надолго, уймись! До завтра! – сделав строгое и уверенное лицо, успокоил меня Сашка, и, быстро увернувшись от тюбика с зубной пастой, впрочем, несильно мною брошенной в него, громко и заразительно расхохотался (он тоже был в курсе о серьёзности), – Да неделя целая ещё! Успеем даже здоровье поправить! Два раза!

Ну, неделя, так неделя! Границы понятны, а через две чашки чая был определён и остальной распорядок пребывания: четыре дня, начиная с сегодняшнего, Сашка помогает мне по хозяйству, а в награду за это нас с ним отпускают на рыбалку в ночь! Ещё через две чашки чая было получено согласование с женой.

А пиво Сашка предусмотрительно привёз с собой. Ну, чтоб не бегать лишний раз. Я же и говорю – опыт!

Глава II

Сашка соскучился по физической работе. Сначала и топор, и мастерок болтались у него в руках, но через пару часов инструменты поняли, что сопротивление бесполезно и сдались. Михалыч взял производство работ в свои руки и начал вполне профессионально отдавать команды, обращаясь ко мне одновременно как к заказчику и как к подмастерью.

Я особо не сопротивлялся, поскольку, как говаривал один мой мудрый знакомый, тоже подрастерявший здоровье на военной, правда, службе: «Кто-то из отряда всегда должен быть назначен старшим! Даже если боевых единиц всего две! Иначе начнётся бардак!» Я не страдал манией величия, результат меня устраивал, поэтому я послушно месил раствор, подносил песок и кирпичи, подавал доски, и пилил их в размер, любуясь Сашкиными способностями и исподволь наблюдая, как же изменились мои ровесники.

А Сашка действительно стал какой-то другой. Нет, антропология осталась – куда же спрячешь пятьдесят восьмой размер и рост сто восемьдесят четыре (как говаривал он сам – «шесть футов ровно»)? На его фоне я всегда выглядел карликом с моими ста шестьюдесятью восемью сантиметрами (между прочим, пять с половиной футов, спасибо Сашке, научил).