Инструктор ОМСБОН

– Эти ваши PC летят строго в соответствии с первым законом Ньютона и законами аэродинамики.

Не поняли. Лица у всех вытянулись. Ладно, воен-юрист и особист – они могут и не знать физику, но комиссар-то летчик. Их обязательно физике учат. Придется всем сейчас прочитать небольшую лекцию.

– Товарищи! В соответствии с первым законом Ньютона любое тело находится в состоянии покоя или равномерного прямолинейного движения до тех пор, пока на него не подействует сила. Теперь посмотрите, что происходит со снарядом, пока он прицеплен к самолету.

Он летит вместе с самолетом со скоростью самолета и в направлении движения самолета. С этим согласны?

Все трое дружно кивнули.

– Предположим, что самолет летит в некотором направлении со скоростью триста километров в час. Значит, и реактивный снаряд летит с этой же скоростью и в этом же направлении. Что произойдет в тот момент, когда снаряд отделится от самолета, а его реактивный двигатель только начнет разгоняться? Сила реактивной тяги пока минимальна – ее, можно сказать, практически нет.

Поэтому по инерции снаряд полетит хвостом вперед. Как при этом будут работать его стабилизаторы полета? Вы можете предсказать траекторию полета снаряда, летящего хвостом вперед?

До комиссара дошло, а особист и военюрист оказались в полных непонятках. Пришлось дополнительно пояснить:

– Когда вы пускаете снаряд по ходу самолета, скорости самолета и снаряда просто складываются, снаряд летит по направлению движения самолета, и стабилизаторы это направление поддерживают.

Поэтому стрелять вперед эрэсами можно без проблем. А когда вы пускаете снаряд против хода самолета, то скорости вычитаются, и, пока скорость реактивной струи мала, снаряд летит против нормального направления своего полета. В это время стабилизаторы при всем желании ничего не могут поделать, и, куда полетит снаряд, никто не знает.

– Товарищи члены военного трибунала, – заговорил комиссар. – Все это очень неожиданно, но я полностью согласен с товарищем лейтенантом госбезопасности. Вот только в протоколе нам обязательно нужно отразить это разъяснение, так как в других авиачастях тоже могут предпринимать подобные рационализации.

Военюрист несколько секунд подумал и согласился. Особист, понятное дело, не возражал. Снова подозвали Шостака.