Инструктор ОМСБОН

Вы старше меня по званию, но если твердо решили идти с нами в разведку, то с момента выхода и до возврата командую только я. И никаких пререканий. От этого будет зависеть успех операции и наши жизни. Согласны на эти условия?

– Так точно, товарищ старший лейтенант. Согласна.

Старлей, наконец, улыбнулся и представился:

– Федор.

– Аня.

– Идемте со мной, вам надо переодеться.

– Одну минуту. Товарищ майор, договоритесь, пожалуйста, с полковником Астаховым. А то я сунулась со своей инициативой, его не спросив.

– Хорошо, прямо сейчас пойду к нему. Думаю, что отпустит, потому что положение у нас критическое: без хорошо информированного языка очень трудно выбрать правильное направление для вывода армии из окружения.

Майор отправился к Астахову, а мы пошли со старшим лейтенантом. Он помог подобрать нам маскировочные костюмы. Потом нас накормили и велели три часа спать. Как раз до полной темноты. Вот такие приказы я люблю.

Разбудили нас около двадцати трех. Вся наша группа оделась, выслушала подробный инструктаж.

Присутствовавший при этом майор сказал, что с Астаховым все согласовал. Потом мы с Костей под присмотром одного из разведчиков обмотали тряпками пулемет и винтовку. К моему удивлению, никто не стал мазать руки и лицо чем-нибудь черным. Тут я не выдержала и, спросив разрешения, нашла в остывшем костре сажу, которой разрисовала свое лицо, включая веки, и руки. Старлей минутку подумал, после чего приказал всем сделать то же самое. Затем мы старательно попрыгали и, убедившись, что никакого звяка или бряка не слышно, пошли в ночь.

Насколько я поняла, на наш рейд отводилось двое суток. Старлей Федя рассчитывал на то, что, пока нет устоявшейся линии фронта, мы в темноте без особых проблем пройдем порядка десяти километров. Потом устроим засаду, днем сориентируемся, что, как и где. Вечером захватим языка и в следующую ночь вернемся. План хорош, вот только что будет на самом деле, никто не знает. Но, как говорится, глаза боятся, а руки делают.

Через километр ночного пути стало понятно, что ездить на машине – это одно, а переться в темноте с солидным грузом за спиной – это совсем другое.

Только сейчас я сообразила, что ночные тренировки при мне Ипполитов не проводил, поэтому приходится осваивать это дело прямо сейчас. Хорошо еще, что физические кондиции у меня в норме, потому что до сих пор удавалось и высыпаться, и питаться более или менее нормально. По дороге я все думала над тем, как буду отмазываться у Жукова.