Сокровища горы Монастырь

Сейчас, говорят, не время бояться испачкать белые перчатки. Время делать деньги, наживать первоначальный капитал. Любой ценой! Даже если Жванецкий учит нас изо дня в день: «Не важно, как человек приобрел иномарку, важно, что человек на иномарке!»

И я отдаю себе отчет в том, что ни грабежи, ни убийства, ни наркоторговля никого уже не шокирует, а причастность к подобного рода бизнесу никого не компрометирует. Наоборот, характеризует с наилучшей стороны: энергичный, сравнительно молодой еще человек живет в ногу со своим непростым временем…

И все же сегодня, несколько часов назад, мне стало не по себе, когда в зарослях померещилась его фигура.

Дурной знак, быть беде! И к бабке не ходи.

А этот якобы предприниматель на черной «Волге»… Ему-то зачем понадобился Чернов? Хороший вопрос.

Немного подумав и сопоставив факты, я начал склоняться к мысли, что и бригада барнаульских гастролеров тусуется здесь не случайно. Из головы не выходил промчавшийся по Тихонову лугу к реке и обратно черный БМВ.

Точно на таких же черных БМВ уехали братки из «Эльдорадо». И я не мог убедить себя в том, что это случайное совпадение марки и цвета двух разных машин, принадлежащих абсолютно разным хозяевам.

А ведь еще мне тогда вроде бы почудился и сдавленный крик. А еще именно там и именно в то же время я мельком увидел затаившегося Анатолия. И это тоже не было случайным совпадением. Темная история. Пахнуло какой-то тайной.

Чтобы как-то прояснить ее, я и отправился в Щебетовское. Там в районной больнице работал терапевтом один из моих друзей детства.

От него-то я и решил узнать интересующие меня подробности пребывания Евгения Чернова в больнице и обстоятельства его побега.

Помимо того, я возлагал определенные надежды на осмотр Тихонова луга и разговор с Галочкой об ее ухажере. И еще! Я осознавал, что ввязывания в эти дела сопряжено с большим риском, но все же почти не сомневался, что ввяжусь в них. Хотелось бы понять – чего ради!

В Щебетовском

В регистратуре мне объяснили, что Зайчиков Владимир Алексеевич принимает в тридцать седьмом кабинете, второй этаж, по коридору направо.

Возле его двери с табличкой «Терапевт» сидели три человека, я занял очередь и присел рядом. Когда я заглянул в кабинет, мой друг торопливо заполнял какую-то карточку. Это был худенький маленький чернявый человечек с великоватой для его тщедушного тельца заметно облысевшей головой.

– Проходите, присаживайтесь! – буркнул он, не посмотрев на меня.