Золотой ключ, или Похождения Буратины

Но там всё было так затянуто пылью и паутиной, что разобрать что-либо было совершенно невозможно, и Буратина оставил эту затею.

Вопрос с обучением решался медленно и со скрипом. Учебных заведений в общей зоне было довольно много: в конце концов, в Директории единственными путями наверх были удачный ребилдинг и хорошее образование. Однако училищ начальной ступени имелось всего три, и все были недёшевы.

В конце концов доктор Коллоди остановился на том самом Аусбухенцентруме, о котором говорил сверчок.

Об этом месте Буратина кое-что слышал.

Запомнил он, впрочем, немного. Однако в долгие часы сидения на койке единственным его развлечением, кроме рукоблудия (этим нехитрым делом бамбук мог заниматься очень долго, но всё-таки не всё время напролёт), было копаться в памяти. Правда, в основном Буратине вспоминались житейские вещи: мягонькая Винька-Пунька, победы в спарринге, Джузеппе, комната 16А, засранный конями газон и ссоры с входным крокодилом. Про AZ он помнил какие-то обрывки разговоров – типа того, что там очень жёсткая дисциплина, зато хорошо учат и кормят до отвала.

Голодному деревяшке последнее обстоятельство казалось перевешивающим всё остальное. К началу второй недели он заметил, что стал приглядываться к существу в автоклаве с нехорошим пищевым интересом.

Однажды ночью – доктор Коллоди, как всегда, отсутствовал – автоклав с тихим звоном открылся. Буратина помог находившемуся там существу выбраться на волю – благо, обросло оно не слишком сильно и могло шевелить конечностями.

Бамбук подумал было насчёт потрахушек: у него очень давно никого не было. Однако зверюшка из автоклава совершенно не возбуждала: какая-то непонятная малоразмерная жёлтая фигня с миниатюрным клювиком и круглыми чёрными глазками. Идея пообкусывать наросшие ткани – сейчас даже такой хавчик казался голодному бамбуку вполне приемлемой добавкой к рациону – оказалась неосуществимой: существо было покрыто чем-то вроде переразвитых перьев, совершенно несъедобных даже на вид.

Зато жёлтая фигня оказалась разговорчивой, чтобы не сказать болтливой, а изнывавший от скуки Буратина был благодарным и внимательным слушателем.

– Я цыпль, – представилась тварюка и тут же пустилась в объяснения, что цыпли – это новомодная и чрезвычайно перспективная модификация базовой основы куриных, прошитая генами дебря и заполированная страусом и лемуром. Цыпли были недавно запущены в серию лабораторией перспективных исследований.