Золотой ключ, или Похождения Буратины. Часть 3. Безумный Пьеро

В лоне Братства Старшие не приказывают младшим. О нет! – это младшие должны догадываться, чего желают Старшие, и, сообразно догадливости своей, получать свои благословения и неблагословения. Так устроена сама Природа, в том же состоит и высокий принцип Эмергенции.

Более того! Чем выше вознёсся брат, тем меньше получает он прямых указаний. Вначале ему ещё сообщают намёки, потом намёки становятся всё более тонкими, а на самой вершине он обретает способность ловить руководящие мотивы буквально из воздуха, чуя фарватер Генеральной Линии сердцем.

Излучающая же Генеральную Линию Лучезарная Дельта сияет молча, и молчанием своим указывает Путь.

Но случаются порой обстоятельства непреодолимой силы, когда и сама Лучезарная Дельта вынуждена низойти до презренной земли и явить ей своё решение, единогласно-единомысленное.

В подобных обстоятельствах собираются Друзья на некое особое собрание, именуемое Полнотой Присутствия, а в просторечии – Пленумом. Выше него – только Съезд, он же Собор, о коем говорить мы не будем, дабы не смущать разумение безмозглых.

Да и пользы в том нет, ибо с некоторых пор Лучезарная Дельта не созывает более Съезды, а почему – не нашего ума дело. Ограничимся тем, что нам дано.

Некоторые малопросвещённые существа полагают, что о созыве Пленума можно принять решение. О нет! Пленум сам себя созывает. Точнее сказать, Пленум НАЗРЕВАЕТ по мере того, как реальность отходит в своём развитии от правильного направления. Сама тентура связывает нити и разрывает хитросплетения, стоящие на пути Пленума.

И лишь когда у Старших Братьев складывается мнение, что Пленум ВОИСТИНУ НАЗРЕЛ – вот тогда-то и начинается организационная работа по его созыву.

Каковая происходит планомерно и поэтапно, ибо Братство никуда не торопится, но везде и во всём первенствует и главенствует. Sapienti sat.

Очень, очень давно

Лето, жаркое лето. Солнце стоит в ярко-синем небе. Хочется ветерка, но ветерок подымет пыль. Хочется воды, но до воды надо идти. Идти не хочется.

Скрип качелей во дворе и резиновый звон мячика, которым старшие ребята кидают о глинобитную стену.

Сырой звук ударов палкой по плотной тряпке – где-то во внутреннем дворике выбивают ковры.

По пыльной улице движется черепаха с ведром воды на панцире. На заборе сидит обезьянка и дразнится, показывая язык. Кто-то из-за стены бросает в ведро камень. Ведро мелко дрожит, но не опрокидывается. Черепаха продолжает свой путь, не замедляя и не ускоряя шага.

Наш город называется Чарикар.