Золотой ключ, или Похождения Буратины. Часть 3. Безумный Пьеро

Стало быть, толк будет. Ну, какой-то.

– М-м-м, – с сомнением сказала молодая мать.

– Подождите, это не всё. Тут указана зобная железа. А зобная железа бывает только у телят. Когда телёнок взрослеет, она атрофируется. То есть у взрослого бычка её нет. Так что насчёт вырастет – это вряд ли.

– Мм-м-м-мууу! – недовольно промычала коровёнка. – А что-нибудь сделать можно?

– Уже нельзя, – хозяйка дома развела тоненькими ручками. – Хотя кто знает? Но с этим не ко мне, – сказала она таким тоном, каким подбадривают безнадёжно больных.

– А со мной что-нибудь плохое случится? – забеспокоилась тёлочка. – В ближайшее время?

Эльза перестала переворачивать страницы, вгляделась в рецепт.

– Вас изнасилуют, – уверенно сказала она.

Ужасающая слабость поразила члены

За окном уже смеркалось, когда кот, наконец, закончил своё повествование.

– Н-да-ааааа… – растеряно сказал Тихон, глядя на Алису. – Как же это вас угораздило… Прям драматургия какая-то… И что, эту вашу векторную проказу никакое лекарство не берёт? – обратился он к Алисе.

Лиса грустно улыбнулась – дескать, вот да, не берёт.

– И вам непременно нужно к Болотнику нашему? А он без оплаты не работает?

– Он мне это сто раз повторил, – буркнул кот, не сильно преувеличив.

– Так, значит, ему артефакты нужны… А у вас только эта монетка… Думаете, этого хватит?

Кот развёл руками – мол, на то и надеемся.

– Нехорошо как-то… Вот что! – вуглускр гордо задрал носик, как бы решившись на серьёзный шаг. – Я всё-таки сталкер.

Бывший, но всё-таки. Если какие артефакты попадаются – прибираю, домой тащу. Потом на соль меняю или на посуду. Но это всё пустяки, основное я на чёрный день держал… В общем так. Давайте я вам подарю по “хакамаде” хорошей… и по “чубайсу"… и ещё всякого отсыплю по возможности. Чтоб Дуремар наверняка за дело взялся. Только не отказывайтесь! Обидите старика!

Алиса секунды три молчала. Потом встала, подошла к вуглускру и обняла его.

На этот раз ревнивый кот не почувствовал никакой досады.

Всё было правильно. Он тоже встал – и приобнял Тихона за плечи.

Старик совсем расчувствовался.

– Ну… ну… не надо… спасибо… да я чего… – забормотал он.

Наконец, он высвободился и пошёл к сундуку. Осторожно снял с него матрасик.

– Вот тут у меня всё лежит, – сказал он с гордостью, отпирая сундук и с трудом приподнимая тяжёлую крышку.

Базилио сунулся было поближе. Но тут мир в его телекамерах стремительно побледнел и исчез. Микрофоны тоже выключились.