Меланхолия

Меланхолия

Михаил Ильич Гусев

Драма о молодом графе Баркове и его несчастной любви. В попытках найти себя он влезает туда, куда нет дороги простым смертным.

Михаил Гусев

Меланхолия

Каждый человек – это автор. Автор своего единства и благодати.

Глава 1. “Положение”.

«Но вдруг, как молнии стрела,

Зажглась в увядшем сердце младость,

Душа проснулась, ожила,

Узнала вновь любви надежду, скорбь и радость.»

– А.С. Пушкин.

13 Октябрь 1900 год, поместье Барковых.

Шёл сильный ливень и было не понятно, что Михаил пытался разглядеть из своего окна. Он и сам себя иногда не понимал. Пасмурные дни часто сопровождаются дождями. Серое тяжёлое небо грустно плачет по летнему ласковому солнцу. Теперь его не вернуть. Осенний дождь мелко сеет свои серебряные капельки, которые танцуют блюз.

Воздух и земля перенасыщены влагой. От тяжёлых капель пожелтевшие травы низко наклонились к земле. Дождь выстукивает свои мелодии на моём подоконнике, с размашистой силой бьёт по крыше.

Ветер уже давно сорвал с деревьев все листья. Они лежат мягким багряным ковром в саду. Мокрые тонкие ветви скребутся в моё окно. А дождь всё льёт и льёт, образовывая гигантские лужи и ручьи.

Умиротворение вдруг оборвалось, Михаил увидел, подъезжающую к усадьбе, повозку, впряженную железным конем, двигателем. Из нее вышел ухоженный дворецкий, Он подошел к двери и постучал. Миша спустился вниз.

– Альберт! Я открою!

На пороге стоял мужчина с свертком в руке.

– Господин Барковский! Добрый день…

Михаил выглянул на улицу и посмотрел на слугу.

– Барков, не Барковский. Действительно, хороший сегодня день.

– Прошу меня простить. Госпожа Ксения Алексеевна Леонтьева хочет вас видеть завтра на торжественном мероприятии в её честь.

– Что за мероприятие?

– У госпожи день рождения! Как вы могли забыть!?

– Боже, Я забыл какое сегодня число. Я помню, я все помню. Я рад, что у Ксении Алексеевны такой прекрасный праздник.

– Благодарю. Вы придете?

– Возможно.

– Да… и вам госпожа передала письмо.

Дворецкий передал ему конверт, затем приподнял шляпу на прощание и покинул поместье. Михаил посмотрел ему вслед и закрыл дверь. Затем он поднялся на второй этаж и сел греться у камина. С Давних времен «красное жерло» камина притягивало людей. Ровное гудение пламени казалось загадочным песнопением, а тлеющие угли, то вспыхивая, то рассыпаясь в пепел за темной решеткой, создавали фантасмагорические картины.