Кортес

Любопытствующих собралось много – особенно тех, кто помнил первую доброжелательную встречу, которую устроили индейцы год назад.

Прежде всего, Кортес сразу выделил среди пленных человека, который, как оказалось, принадлежал к знатному роду. Как дон Эрнандо смог определить его происхождение, Сандоваль так и не понял.

Причина такого заметного охлаждения к прибывшим из моря людям, по словам пленных, заключалась в том, что все соседние племена, узнав об обмене подарками с людьми Грихальвы, подняли их на смех. В трусости прямо не обвиняли, но позволяли себе посмеиваться над «простаками из Сеутлы» – так называлось это место в устье реки Табаско.

Упорство свое они объясняли тем, что бежавший Мельчорехо убеждал старейшин не прекращать наступление ни на минуту. Белых людей, головы которых обросли волосами и сверху, и снизу, мало. Они скоро утомятся, и тогда их можно будет взять в плен и отправить… сами знаете, куда.

Кортес вскинул брови.

– Куда? – переспросил он.

– Он так выразился, – пожал плечами Агиляр.

 – Имел в виду направление, а может, намекал, что всех попавших в плен ждет жертвенный нож.

– Хорошенькое дельце! – возмутился Альварадо. Все остальные офицеры тоже разом насупились.

– Собака лает, ветер носит, – угрюмо выговорил Кортес. – Пусть их!.. Другое тревожит – это не переводи, – он обернулся к Агиляру. – Какое-то детское недомыслие со стороны отдельных солдат и офицеров. Кто отвечал за Мельчорехо? Наказать плетями! Я не желаю из-за подобных промахов лишаться жизни. Вот подлец! – немного удивленно добавил он.

 – Точно подметил – в бою нам ничего не страшно. Кроме усталости… Хорошо, теперь переводи.

Он принялся объяснять пленным, что люди из-за моря с головами, обросшими и сверху и снизу, не имеют злых намерений. Они верят в Бога, единого и всемогущего, и желают распространить свет истинной веры по всем городам и весям. Индейцы сами виноваты в том, что не позволили им набрать воды. Вот почему кровопролитие, вот почему он, верховный касик войска «кастилан», вынужден взять под свою опеку эти земли и объявить их владениями великого вождя, живущего на западе…

– Кстати, – неожиданно прервал он свою речь, – поинтересуйся у них.

Возможно, они уже подчиняются какому-нибудь владыке? Тогда мы могли бы обеспечить им надежную защиту.

После недолгого лопотания Агиляр ответил:

– Они заявляют, что их племя свободно, хотя, конечно, защита никогда не помешает… Только, – нахмурился Агиляр, – сказали так, что их можно понять двояко.