Супердвое: версия Шееля

Ты как, Трущев, считаешь?

– Согласен, Петр Васильевич. Тем не менее полагаю, необходимо ознакомить Шееля и Закруткина с материалами на этого «обер-гренадера».

– Правильно. В любом случае нам ни в коем случае нельзя терять этого оборотня из вида.

Как в воду глядел Петр Васильевич.

Что удивительно, кличка «Оборотень» приклеилась к Крайзе именно по милости Федотова».

«…чтобы не говорили о Федотове, о его участии в репрессиях, энкеведешных провокациях в Армении и на Дальнем Востоке, буду настаивать – это был гений контрразведки.

Я не против суда истории, дружище, но мне представляется, что разобраться, каким образом Петр Васильевич учуял, что с этим Крайзе нам еще придется встретиться, не менее важно, чем соблюдение социалистической законности. Обвинять генералов военных лет, которые без сна и отдыха тянули лямку борьбы с вражеской агентурой, считаю безответственной и вредной линией.

За что Федотова мордой об стол?

За то, что несколько железнодорожных составов с архивом «Аненэрбе» оказались в нашем распоряжении? Значит, это тоже следует вычеркнуть из приговора?

Или вернуть Германии?

С чем останетесь, гробокопатели? Кто в таком случае решится проявлять инициативу? Кому в голову придет брать на себя ответственность, когда нет ни распоряжений сверху, ни оправдательных документов, а начальство только о том и думает, как свалить вину на подчиненных?

Были ли ошибки?

Конечно!.

Как без ошибок? История Густава Крайзе – тому свидетельство. В биографии этого обер-гренадера мы проморгали важнейшую деталь. Она перевернула вверх дном наше представление о простоватом, недалеком, пусть даже и честном гитлерюгенде. Знали бы мы, как все повернется, разве Петр Васильевич отдал бы смежникам этого ведьмака, спутавшего карты всему контрразведывательному управлению! Здесь не может быть оправданий, это я заявляю ответственно.

Так бывает дружище! И мы в контрразведке были не без греха. Поскользнулись на сущем, в общем-то, пустяке. Кому в голову могло прийти, что Крайзе и Ротте были знакомы еще до войны и познакомились на почве увлечения радиолюбительством.

Что – мы!! Даже профессионально проницательный Мессинг не сумел опознать в голове Крайзе его связь с боровом.