Инженер

Конечно, обычно они дохнут от старости, но мне кажется, здесь вообще ходит какой-то вирус и знаешь еще что…

Джордж продолжал рассказывать свои истории, а Лазар делал вид что внимательно его слушает. Инженер немного увлёкся. Он уже начал рассказывать про то, как в 1937 году в деревне прокатилась эпидемия гриппа. 50% всей скотины померло за одну неделю. Печально было слушать об этом, но очень скучно. Юноша сидел и с умными глазами, смотрел на Джорджа, поддакивая ему и вставляя необходимые реплики. Мол знаешь, как я потом расстроился… Да прекрасно вас понимаю мистер, у меня тоже были животные, которые… и так далее.

За полчаса разговора с Джорджем Лазар понял, что говорить они будут не часто. «Я лучше буду сидеть на вышке, и наслаждаться красотой. Ну как же можно так много говорить. Может он еще расскажет про то, как его бедная матушка доила коров по утру и как ему после эпидемии гриппа было страшно это молоко пить», – он незаметно для Джорджа ухмыльнулся.

– Ну что же, а теперь я думаю уже пора приступать к работе.

Я пока подремлю на второй полке. А ты иди на верх, если что-то случится, сообщи мне.

– Ладно, – сказал утомленный Лазар.

– Вижу тебе тоже нужно подремать, ну уж нет парень, придётся немного поработать, а потом будешь спать как младенец. По себе знаю.

Он разлёгся на втором ярусе и повернулся на бок. Лазар медленными шагами, крепко держась за перила, забрался на вышку и стал пристально наблюдать за всем, что происходит. Но ничего особого не происходило.

Он просидел на вышке до самого вечера.

К восьми часам он чуть не заснул, но его привели в чувства глухие шаги Джорджа, который только встал и пошел проверять очередной ветрогенератор.

Ветерок нежно обдувал юношу. Глаза закрывались на десять секунд, и он проникал внутрь своей души. В такие моменты было ощутить дыхание жизни. Вдох, выдох, вдох, выдох. И тут его дыхание синхронизировалось с остальным миром. Было такое чувство, будто он и мир одно целое и дыхание соответственно одно. Потом он открывал глаза и видел, как золотистое солнце заходит за горный хребет, создавая свои свечением алый закат.

Запах росы и жужжание пропеллеров добавляли в эту чудесную картину полное восприятие происходящего.

Лазар видел, как Джордж помахал ему рукой на прощание где-то в половине восьмого, но не смог ничего ответить, так как был практически во сне. К девяти юноша уже совсем устал. Он еле слез со сторожевой башни и решил в первый рабочий день остаться ночевать на работе.