Инженер

Лилиан и Фредерик шагали рядом с правой стороны, а мальчик шел с левой от Лазара к выходу. Он шлепал своей на половину оторванной подошвой по плитке и все озирался по сторонам. Лазар был уже рядом и мальчик, не заметив его, случайно врезался ему в левую ногу. Больная правая нога подкосилась, и Лазар чуть не упал. В этот момент Фредерик быстрым движением руки подхватил его подмышку. Мальчик поднял глаза. Лазар увидел их и замер. В этом взгляде он прочувствовал на себе суть жизнь. Все события прошлого пронеслись у него перед глазами.

Будущее казалось ему неизвестным и туманным. Он увидел яркий свет и непроглядную черноту. В его глазах таилась какая-то загадка природы, которую Лазар, возможно в силу своего возраста, не мог осознать. Он увидел жизнь и смерть, как она есть. Ему не было жалко мальчика, он знал, что этот человек самый чистый из всех присутствующих, хотя и был внешне самым грязным. Лазару было нелегко отвести взгляд, а мальчик как будто все понял и, все также наивно озираясь по сторонам, зашагал к выходу. Семья подходила к дверям, ведущим на перрон. До прибытия поезда оставалось полчаса.

Лазар и его родители прошли на станцию. Ветер несильно поднимал волосы Лилиан и Фредерик теперь как-то по-другому смотрел на нее. Она это заметила и поняла, что такого взгляда с его стороны не было с тех самых пор, как они познакомились. Этот взгляд ознаменовал начало новой жизни для них, родителей, которые останутся теперь наедине друг с другом. После двадцати лет воспитания Лазара, они не потеряли той любви, которая тянется с их первой встречи.

Лазар смотрел на своих родителей как будто в последний раз. Лилиан обернулась, чтобы посмотреть на поезд, который гудел у нее за спиной:

– Это еще не наш, – сказал вдруг Лазар.

Ему показалось, что таким образом он успокаивает мать, но на самом деле Лилиан тяготило чувство ожидания. Она не хотела расставаться с сыном и поэтому ответила:

– Надеюсь, – сказала она, и ее глаза снова стали красными.

– Мам, ну не надо, я не могу смотреть, как ты плачешь.

– Я так тебя люблю сынок, – сказал она, и заплакала еще больше. Они обнялись. Фредерик стоял рядом и, сдерживая свои чувства, старался казаться безучастным, но через несколько секунд прильнул к ним обоим своим массивным телом. Они стояли на перроне, крепко обняв друг друга. Потом Лилиан успокоилась и они расцепились. Сзади послышался гудок поезда. Это из первого вагона поезда No8004 Техас – Нью-Йорк раздался сигнал, предупреждающий контролеров о прибытии.