Изгнание игвы. Как исправить ошибку магов

Глубина нарастала, и вдруг Антонио почувствовал, что дальше погружаться он не может, что он достиг своего предела, а Елена уходила дальше. «Что она делает, глупая девчонка!» Он стал дергать за веревку, которой они были соединены. Елена обернулась, и он жестами ей показал, что надо подниматься. Она помотала головой и хотела продолжить спуск дальше, но Антонио резче дернул за веревку и начал медленное всплытие.

Когда они вынырнули на поверхность и забрались в лодку, Антонио молчал. Их товарищи непонимающе переглядывались:

– Слушай, Антонио.

Мы уже стали волноваться – вас долго не было. Почему пустые?

– Да все нормально, – ответил Антонио и обернулся к Елене. – Как ты себя чувствуешь?

– Не беспокойся. Думаешь, я это первый раз? Ты просто не знаешь, я ведь давно уже ныряю на большие глубины, только одна. Мне было интересно проверить себя.

– Глупая девчонка! Ты ведь могла погибнуть!

– Антонио, ты бы должен был уже заметить, что я уже не маленькая девочка и кое-что понимаю в нырянии, – с укоризненной улыбкой ответила Елена.

Вечером в кабачке «Старик Посейдон», традиционном месте отдыха их компании и своеобразном клубе всех ныряльщиков Ларны, Антонио торжественно снял символическую корону Короля Глубин и надел ее на голову Елены. Корона была великовата новой королеве. Елена лихо сдвинула ее набок и величественно протянула ручку Антонио для поцелуя, и тот шутливо-торжественно приложился к ней.

С тех пор отношение Антонио к своей подопечной изменилось.

В нем словно открылось какое-то другое видение, он увидел Елену другими глазами и… влюбился в нее. Антонио оставался таким же отважным, лихим парнем, но рядом с Еленой он вдруг робел, часто краснел и смущался. Он старался скрыть свое чувство, но оно было так явно написано на его физиономии, на которой возникала чуть глуповатая смущенная улыбка, как только появлялась Елена, что всем было все ясно. «Пропал парень!»

Елена тоже видела все это, и это ее ужасно забавляло. Для нее Антонио по-прежнему оставался старым верным другом, на которого всегда можно положиться, с которым здорово плавать и нырять, провести вечер в «Старике Посейдоне».

Он был для нее старшим братом, о котором она так мечтала в детстве. Но и только.

А Антонио? Антонио был безнадежен. Он стеснялся своего чувства и никогда не заговаривал с Еленой на эту тему. Для него Елена стала тем символом девичьей красоты и чистоты, с которой он был готов сдувать пылинки.