Личный враг Бога

Полуторный меч Глеба был значительно длинней, чем клинок Сергея, и Глеб жалил плечи, туловище, шею, голову твари, но, все равно, уколы были слишком слабы, чтобы добить раненую Выпь. Она уже наполовину ушла – сейчас свернется в клубок и полностью исчезнет в рябой вонючей жиже, спрячется под кочками, а откуда ее не выманить, не достать.

– А-а! – исступленно проревел Иван, врываясь на болотную плешь. Он увидел ускользающую добычу и, не раздумывая ни единого мгновения, отчаянно бросился прямо в топь. Он прыгнул на спину Выпи, каким-то чудом сумел там удержаться, размахнулся, что было силы и обрушил палицу на череп создания.

Тварь завизжала, закрутилась в болотине, пытаясь сбросить с себя человека, и ей это удалось, но уже падая, Иван успел еще раз ударить ее по плоской голове, попав прямо в пробитую в черепе дыру, в кашицу мозга. Визг оборвался, Выпь дернулась несколько раз, ее желтые глаза погасли, и она безвольно обмякла, рухнула, развалилась, словно превратилась в кучу обычного хвороста.

Иван, провалившийся в топь, вцепился в мертвое существо.

Их обоих медленно засасывала трясина.

Сергей бросился на помощь другу, Глеб уже волочил бревно.

– Рубите! – прокричал Иван. – Отрубите у нее что-нибудь!

– Выбирайся! Давай, хватай!

– Оставьте! Успею! Рубите ее!

– Зачем?

– Доказательство, что мы убили ее! Сейчас утопнет!

– Плевать на деньги!

– Нет! Рубите!

– А! – Сергей словно взбесился. – Дурак!

Выпь уже ушла в вонючую жижу по самую шею. Одна из ее когтистых передних конечностей вытянулась на кочках, но и она постепенно погружалась в топь, вслед за остальным телом.

Сергей подскочил к этой кошмарного вида лапе и тремя взмахами отрубил ее по суставу.

– Доволен?! Выбирайся!

Иван утонул по грудь. Он держал одну руку над водой, вторая скрылась в трясине. Глеб сунул ему бревно. Вдвоем с Сергеем они налегли на ствол и подтолкнули его вплотную к тонущему.

– Хватай! Да двумя руками хватай! Не одной!

Иван напрягся, натужно надул щеки и выволок-таки руку с зажатой в кулаке булавой.

Он повис на бревне, пополз по нему под подбадривающие крики товарищей. Медленно, нехотя, топь отпустила свою жертву.

Иван выбрался на относительно твердую почву, стал счищать с себя зловонную тину. К нему подскочил разозленный взъерошенный Сергей:

– Дурак! – Он отвесил подзатыльник вымокшему товарищу, и богатырь втянул голову в плечи. Глеб, не выдержав, захохотал. На него посмотрели дико, но он не мог остановиться и все покатывался со смеху.