Мистериум. Полночь дизельпанка

Меня сюда пригласили не для того, чтобы отлеживаться за шторкой – это я и сам понимал, – поэтому отложил псалтырь, спустился с койки и, бурча, заковылял вслед за старпомом.

– Он немец?

– Капитан? Голландец вроде. Но из прежней, немецкой команды, их на лодке всего двое осталось – он и гельминт.

– Кто-кто?

– Гельмут, наш механик.

– А остальные?

– Покинули, – отмахнулся Яков. – Кто где.

Странный факт – для подводной лодки.

– Я имел в виду – сейчас. Остальные – кто? Русские?

– Всякие. Но наших хватает.

Странник раньше часто в Курилах плавал. Там много кого подобрали.

– И Марину?

Яков осекся, обернулся, посмотрел мне в глаза, словно пытаясь предугадать следующий вопрос:

– Нет. И не убивайся из-за девчонки. Так надо, доктор. Она иначе не может. А без ее откровений мы слепы, глухи и немы.

Откровения. Расспросить дальше я не успел – Яков попросил поторопиться. В знакомом тупичке почти ничего не изменилось – ссутулившаяся у аппаратуры Марина теперь еще и сухо кашляла в мало похожую на носовой платок тряпку-ветошь.

Кроме серых следов мазута на ветоши виднелись и пятна крови.

– Посмотрите, что с ней, – процедил Ван Страатен, не вставая с койки.

– Что угодно, – пробормотал я. – Пневмония или артериальное давление, а может – вы ей ребра сломали. Освободите место. Пожалуйста.

Капитан не спеша поднялся, демонстративно, как мне показалось, снял со стены портупею, повесил на пояс, извлек из кобуры «люгер», проверил магазин, вернул пистолет обратно и отошел в сторону.

Я жестом попросил девушку пересесть на капитанскую кровать, потом снять рубашку. После каждой моей просьбы она, дожидаясь разрешения, озиралась на стоящего за моей спиной Страатена.

Худое, изможденное тело, едва наметившаяся грудь, следы побоев – в основном зажившие. При каждом касании трубкой стетоскопа девушка сжималась словно перед ударом, и я слышал, как тревожно начинает биться ее сердце.

– Похоже, бронхит, – подвел я промежуточный итог. – Кровотечение носовое.

Кашель вызывает скачки внутричерепного давления, оно компенсируется разрывами капилляров – из-за этого течет кровь.

– И как это лечить?

– Бронхит? Обильным горячим питьем, желательно молоком с медом, и постельным режимом, – капитан только хмыкнул в ответ, – но это, боюсь, не все. Если кашель провоцирует разрывы капилляров, значит – в нормальном состоянии внутричерепное давление уже выше нормы. Вдобавок… мне очень не нравятся ее глаза.

Я пренебрег истиной.